Книга Нам (не) по пути, страница 80 – Мара Евгеника

— Марк, все разрешилось нормально. Я нашла выход из ситуации. Мне совершенно не хотелось тебя беспокоить. Ты в клинике деда после операции был, еще и Аскара эта история зацепила бы. Мне это зачем?

— Ладно, понятно об этом. Я не спрашиваю, где ты деньги взяла. Знаю, что запасы Константина отцу отдала. Но меня, как твоего крестного волнуют твои планы на жизнь, — прищурив глаза, говорит крестный.

— Каренович, что-то мне совсем не по душе твоя заинтересованность. Вы с дедом решили сыграть в хорошего и плохого полицейского, да? — произношу, скривившись. — Хотя, в принципе, мне не стыдно поделиться своими планами. Через четыре месяца у меня защита кандидатской. Сейчас мне надо две статьи разместить в профильных изданиях. Ещё с научным руководителем поработать по теории и практике. У нас есть договорённость, что я два месяца здесь в клинике поработаю. До защиты еще надо успеть в Питере с недвижимостью разобраться. Участок Костин продать. Свою и дедову квартиры выставить на продажу. Вещи собрать. Документы поменять. Байки, спортивную бэху и панамеру отправить к деду. Ну или к вам. Да, вот по этому поводу, кстати, хотела посоветоваться. Как лучше поступить?

— Вот, Варя, о чем я и говорю. Был бы у тебя мужчина, он бы во всем разобрался. Скажи мне, милая моя, и давай без ложной скромности, у тебя парень есть?

— Так, понятно, значит вы все же с дружком Аскаром договорились, — от нахлынувшего на меня раздражения начинаю нервно постукивать по столу вилкой. — Мне кажется, что дальнейший разговор невозможен, потому что он нарушает мои личные границы. Дед это понимал, потому глубоко копать не стал. Ты же, крестный, как обычно в своём репертуаре. Ты как передача "Хочу все знать" страны Советов.

На несколько минут замолкаю, собираясь с мыслями и подбирая слова. Застреваю, как на распутье. И Кареновича не хочу обижать, и в жизнь свою не желаю позволять соваться, потому как знаю, дав слабину сейчас, потом устану отбрыкиваться. Здесь, как с хвостом кошки, безболезненнее резать сразу весь, чем постепенно по сантиметру. Собравшись с силами продолжаю свою речь.

— Марк Каренович, не сочтите за грубость, но лично для Вас, говорю последний раз, я сама все решаю за себя и свою жизнь. Мне советники не нужны. Для полной ясности поясню: ближайшие лет десять вопрос мужчины, который может быть рядом со мной, для меня не актуален. Считайте, что я замужем за нейрохирургией.

Закончив говорить, благодарю за ужин, гневно кидаю салфетку на стул и ухожу в свою комнату.

Часа через полтора слышу стук в дверь. Отвечаю, что открыто и можно зайти. В комнату заходит Ливон.

— Варь, составишь мне компанию? Хочу апробировать новое стрелковое оружие. Помнишь, как мы с тобой подростками любили стрелять по мишеням. Если пойдешь, то одевайся теплее, морозно стало.

Соглашаюсь на предложение Ливона. Одеваюсь и иду с ним в отдельное здание, на нулевом этаже которого находится помещение для стрельбы. В удовольствие проведя больше часа в тире, мы решаем пройтись по парковой зоне. Во время прогулки, смеясь, вспоминаем наше детство.

— Варвара, ты совсем не изменилась за эти годы. Такая же ровная и спокойная, но не сгибаемая. Зря ты сегодня так жёстко Марка отбрила. Он в чем-то прав. Хорошо, что ситуацию с отцом удалось разрешить без всяких проблем и потерь, кроме денежных, но ведь на самом деле все могло пойти по другому сценарию. Да и, в принципе, Варь, если бы ты отзвонилась Марку или мне, то и деньги не пришлось бы отдавать.