Онлайн книга «Курвеллочка»
|
Максим пожалел о своей настойчивости в минуту, когда после обсуждения сложного рабочего момента Ирина твердо заявила о необходимости поговорить. - Максим Викторович, уделите мне несколько минут. Это по личному, - произнесла Курвеллочка. Услышав даже не слова, а интонацию в голосе женщины, он понял - дело - швах. Сказать ей:"Нет. Не готов. Не хочу. Мне это не интересно!" - Макс уже не мог. Да и, в принципе, рано или поздно разговор между ними должен был состояться. - Слушаю тебя, Ириша, - как можно мягче произнес Греков и сделал глубокий вдох, словно готовился нырнуть на глубину и долго не всплывать. Ирина замерла на несколько минут. Затем встала и прошла по гостинной-кухне. Оперлась спиной на столешницу барного стола, облизнула губы. Макс видел, она думает и подбирает слова. - Максим, - впервые за многое время Ирина произнесла его имя без отчества. С одной стороны это было хорошо, с другой совсем плохо. - Так дальше не может продолжаться. Лично я не могу работать в такой обстановке… Сказав на выдохе, Ирина замолчала. Оттолкнулась от поверхности стола и прошла вдоль стены туда и обратно. - Меня эта ситуация выбивает из колеи, раздражает, лишает возможности мыслить чётко, трезво, рационально. Понимаешь? - словно минёр Ирина шла от слова к слову, какими-то ей одной известными путями. - Пока, Ириш, к сожалению, не совсем, - ещё мягче произнес мужчина, боясь её спугнуть, Самому ему в этот момент хотелось сгрести её как ребёнка в охапку, гладить по голове, целовать макушку и шептать, что ничего страшного не произошло. Но… Он терпеливо ждал продолжения её речи. Где-то глубоко внутри, Макс и так знал, что Курвеллочка ему скажет дальше. - Максим, произошедшее в Межеве - ошибка. Между нами ничего не может быть. У меня свои планы на жизнь. Менять ничего не хочу и не собираюсь. Твоя настойчивость заставляет меня нервничать. Вот и сейчас я говорю сбивчиво, что мне не свойственно. Слышишь, у меня голос сбивается, - быстро выпалила Ирина, будто за ней гонятся. - Понимаешь, нужно забыть эту историю и исключить личный фактор. Из-за него рабочий процесс страдает. - Ириша, я ничего и не делаю. И так стараюсь быть максимально корректным особенно на глазах посторонних. Я даже в кабинет твой за все это время лишь раз зашёл, - Макс попытался объяснить, но увидев в глазах Иры слезный блеск, замолчал. - Да, да! Стараешься. А люди шепчутся по углам, что у нас с тобой личные отношения. Говорят, конечно, иначе, значительно грубее, - произнесла Ирина и скривилась, будто дольку лимона в рот взяла. - Плохо это все. Некрасиво. Мне не нравится такая ситуация. Дай мне доработать до отпуска и уволиться спокойно. - Ир, я тебе не нравлюсь? Совсем? - произнеся эту фразу, Макс снова упал в свои самые неприятные воспоминания, когда девочка, задрав нос, отказала ему в дружбе, потому что он - несимпатичный. Вернее, девчонка назвала его страшным. Максим тогда в подростковом возрасте сильно переживал об этом и, украдкой по ночам, плакал. Он с детства прекрасно знал о своей достаточно нестандартной внешности. Мать с отцом, пока были живы, любовью родительской старательно держали его самооценку на должном уровне. После их гибели это пришлось делать Максу самому. В кадетском корпусе, куда он попал уже не мальчуганом, девочек не было. В курсантские годы на первых курсах сначала было не до женского пола, а потом девушки сами на него начали вешаться. Пусть не с первого мгновения встречи, но минут через пятнадцать они точно переставали обращать внимание на его внешность. |