Книга Курвеллочка, страница 78 – Мара Евгеника

Макс точно помнил, что Курвеллочка все время говорила о чем угодно, только не об этом.

- Ириша, ты специально уходишь от ответа, да? - в очередной раз возвращаюсь к теме нашего разговора.

- Ойц, даже и не знаю, господин Греков. Я в таком виде не могу ходить, - хихикает в ответ Курвеллочка, натягивая на себя одеяло. - Сперва мне нужно принять вааанну! Выпить чашечку к-кофе-е…

- Будет тебе и ванна, будет тебе и кофе, будет и какао с чаем! Поехали, Ириха, в ЗАГС? - отвечаю ей в унисон словами из фильма "Бриллиантовая рука".

- Не, ню-ню-ню….Такие вопросы прямо так с кондачка не решаются. И, куда нам торопиться, тем более сегодня воскресенье, - начинает прихрюкивать от смеха Ирка, которую я слегка пощекочу.

- Сейчас открою личный кабинет госуслуг, заполню электронное заявление и выберем дату. Ближайшую, - целуя загривок строптивицы, говорю ей на ушко.

- Ой, ой, ой! Поспешность хороша только при ловле блох, как говаривал профессор Преображенский, - еблань моя переходит на горячий шёпот, кладет свою руку на мой пах и начинает шебуршать пальчиками.

От ее простых действий меня резко прошибают разряды возбуждения. "Младший" в секунду входит в состояние эрекции.

- Провокаторша! Я тебя сейчас трахну…

- Да?! Вы что? Честно-честно?! Быть этого не может! Прямо вот так возьмёте и трахнете, да?! - хохочет Курвеллочка в ответ. - Вы, Максим Викторович, ещё скажите, что выебете меня? Ну, давай, лингвист, йетить твою маму меть, скажи это заветное словечко! Ну, скажи - "выебу"! Ссысься?! Слабо тебе?! Да?! Вот и мне слабо!

- Мне не слабо, Ириша! Просто не хочу употреблять в речи слова обсценной лексики. Скажем, что это моя принципиальная позиция, - мягко отвечаю своей еблани, просунув ладонь между складочек её мокрого лона.

- Ну, раз это ваша принципиальная позиция, господин Греков, тогда ходи как дурак неебанный, - срывающимся голосом отвечает мне Курвеллочка, шире развигая свои ножки и давая моим пальцам больший доступ к своей норочке.

- Нет, сладкая моя, сейчас правда не на твоей стороне, - теперь хихикаю я, облизывая ушко своей строптивицы. - Твоя мокренькая "кисуля" тебя предала. Да, и мой, как ты его смешно называешь, чигабущ?! Как-то вроде так…Так вот на моем "барсике" кожа от возбуждения натянута до такой степени, что даже морщины на лице разгладились…

От моих слов Ирка начинает хохотать в голос. Я резко переворачиваю ее с бока на спину и без сантиментов резко вхожу.

Мы долго в разном ритме и разных сексуальный "па" танцуем на постели. Потом уморенно-разморенные и удовлетворенные на все сто нежимся в объятиях друг друга.

Ход воспоминаний Макса остановили слова Верчука, который в очередной раз начал наезжать на Гросси.

Боковым зрением Максим заметил, по лицу Адольфовны пробежала тень раздражения.

Однако выдержка Курвеллочки как обычно оказалась на высоте.

Несмотря на выпад техдира, Ирина так и не прекратила резаться с Егоровой в "крестики-нолики". Только угол губы закусила.

Видя, направление взгляда Верчука, Максим быстро набрал Адольфовне эсэмэс:"Поставь крестик".

Переведя взгляд на экран, Ирина с улыбкой на лице расчертила новую сетку.

Понимая, что сейчас могут разгореться очередные публичные разборки, Макс решил опередить противоборствующие стороны.

— Николай Иванович, я Вас услышал. Этот вопрос мы обсудим позже в моем кабинете, - произнес Греков.