Книга После развода. Дочки-витаминки от бывшего мужа, страница 15 – Ольга Тимофеева, Яна Мосар

— Что, правда?

Так и подмывает сказать, что ты вообще-то прямая наследница…

— Да.

Она осматривается.

— А что там написано? — тычет пальцем на вывеску.

— Перола. Что за слово вообще такое? — киваю Давиду.

— По-португальски — это жемчужина.

— Перола-пердола, — тут же подбирает рифму дочка.

— Вита! Ну что за слова?

Как скажет… Как будто я учу такому.

— Мне такое название не нравится, — машет головой и кривится. — Туда никто ходить не будет.

— Я его менять не буду, я уже зарегистрировал и вывески сделал, — категорично заявляет Давид.

— Тогда я в твой кафе не пойду! — упирает маленькие кулачки в бока Витка.

— А я тебя не звал, я маму твою звал.

— А мама без меня не пойдет, — складывает руки на груди.

— Все, табуретка, — Давид растопыривает пальцы и перед глазами у Виты собирает их в кулак. Как бы намекает, чтобы прекращала. — Хватит комментариев.

— Давид, ну правда, а чего не сделать название наше, русское? А то не понятно, ты там чем собрался кормить? Перилами какими-то?

— У меня есть бизнес-план, проект куплен, я ему следую.

— А зачем ты тогда просил отвечать на вопросы, если все уже решено?

— Скорректировать.

— Тут надо все репеделывать, — вздыхает глубоко и по-взрослому Витка. — И я бы назвала, — дочка поднимает руки вверх и разводит в стороны, — Вита.

— А губа у тебя не треснет?

— Не знаю, — наивно так пожимает плечами.

Она и правда не знает.

А я знаю. Не треснет.

— Ладно. Давай зайдем внутрь.

Давид открывает своим ключом дверь.

Внутри еще стоит упакованная мебель. Только пару столиков разложены. Как будто оценивали, как это смотрится.

Светлые стены. Панорамные окна. Цветы с большими зелеными листьями. Высокая барная стойка.

В общем мне нравится, но для детей, конечно…

— А где качели?

— Это кафе, Вита, а не площадка, — объясняет Давид.

— Ну и что, — Вита пожимает плечами, — здесь скучно. Даже табуретки противные. С них упадешь — лоб расшибешь.

Я усмехаюсь, но согласна с ней.

— А я бы здесь повесила качели и качалась бы и ела роможеное.

— Мороженое, Вит, — поправляю ее.

— Ну а вообще, ты бы хотела сюда приходить каждый день? — спрашивает Давид, но видно, что ему нравится все. Мне в общем-то тоже, если ходить сюда без детей.

— Нет.

— Почему?

Вита поджимает губу, думает, вертит головой по сторонам.

— Ну... пуфики. И карандаши. И бумага. И чтобы мультик какой-нибудь в углу. И чтобы автомат был такой, как у взрослых, но детский. Монетку бросил, а тебе шоколад. И чтобы кто-то там на него уже подул, и он не горячий был.

— Вот тебе бесплатные бизнес-идеи.

— Дети тут все разнесут за день.

— Они же не одни сюда ходят, а с родителями. Безопасность, конечно, должна присутствовать, но за детей отвечают родители.

— А пицца? — наконец спрашивает Давид. — Хотел сделать нормальную, как в Италии.

— Да, и пиццы можно. Только, добавь пиццу-фею, которая исполняет желания. Но только если доедаешь корочку, — подмигиваю Вите.

— А что, правда есть пицца-фея?

— Ну вот у Давида есть, если он откроет свое кафе. Я бы две зоны вообще сделала. С детьми и без. Так ты два сегмента закроешь. Некоторые не любят, когда дети крутятся рядом. А кому-то все равно.

— Там в принципе дальше пустое помещение, пока никто не арендовал, могу забрать.

— Забирай, если что, потом все продашь.