Книга Развод в 44. Вот и сказке конец..., страница 25 – Ольга Тимофеева

Мой муж, интересно, тоже так делал? Когда сбрасывал мои звонки или отключал звук, мол, не слышал.

Неужели все мужчины настолько одинаковые.

— Извини, так что ты себе хочешь от него получить?

И снова его мобильный оживает повторным звонком.

На этот раз смахивает и отвечает.

— Привет, молока купишь и хлеб? - динамик включен слишком громко и я слышу ее голос. Дальше он делает звук тише.

Отпивая шоколад, я делаю вид, что не слушаю.

— Хорошо, я задержусь сегодня.

Почему не ответил первый раз?

— Да. Пока… Потом решим… Нет, не могу…

Снова заканчивает разговор.

— Сергей, - откашливаюсь, неловкий разговор, - слушай, может быть ты мне лучше другого юриста посоветуешь.

— С чего? Что-то не так?

— Ну… мне кажется не совсем уместно, что ты ведешь мое дело. К тому же, в суде может всплыть, что мы… то есть ты это… против меня, короче, может всплыть.

— Нет. Все нормально. это никак не повлияет. Я тебя уверяю. Ты мне не рассказала про мужа и его бизнес.

— Ты хочешь его в тюрьму посадить?

— Можем и в тюрьму, если надо.

— Да не надо.

Я, конечно, зла на Руслана и он меня обидел очень, но в тюрьму я его отправлять не хочу.

— Шучу я, - усмехается и заканчивает с первым, - просто у тебя всегда в рукаве должно быть то, что его заставит сделать так, как хочешь ты.

— Я подумаю над тем, что может мне помочь.

— Отлично, Люд.

— Я пойду тогда?

— Да, - кивает, - ты говорила, что у вас взрослый сын, он на чьей стороне?

— Он скорее хочет, чтобы мы помирились.

— Но ты точно решила, что нет?

— Да.

— Сергей, ты так мне и не вернул мой паспорт.

— Да, точно.

Наконец достает его и протягивает мне.

— Приходи завтра часов в одиннадцать утра, составим все.

— Хорошо.

Убираю документ во внутренний карман, застегиваю его, чтобы не потерять больше. И оставляю Сергея.

Возвращаюсь домой.

Руслану не нужны проблемы, огласка. Поэтому сделает все тихо. Если боится, что это как-то на что-то повлияет, то зря. В паспорт его никто заглядывать не будет. А в отношении меня всегда можно сказать, что у меня болит голова и поэтому я не приехала куда-то.

В доме.… пусто, одиноко. Он такой громадный теперь для меня одной.

Кот, увидев меня, мяучит и трется о ноги. Только он теперь встречает. Беру на руки и трусь носом о него.

— Съел все, Лукомор?

Тот только тихое “мяу” в ответ.

Насыпаю ему корм, меняю воду.

Зачем мне этот большой дом. В квартире сына и то было спокойней. Там одна дверь и восьмой этаж. Тут же три выхода на улицу, окна на первом этаже. Если кто-то захочет сюда попасть, то разбить окно и проникнуть не составит труда.

Я вообще раньше не думала о том, что мне может быть страшно в моем же доме. Когда тут Руслан рядом был, пусть и у себя в кабинете, или даже на работе, но я всегда могла ему позвонить и попросить помочь.

Теперь не могу. Теперь я сама все должна решать.

Смотреть за этим домом, обслуживать его. У меня и денег столько нет. Лучше пусть бы сын с невестой жили тут. Потом дети появятся, места надо много.

Саша скидывает сообщение, что приедет ночевать домой.

Боится меня оставлять одну.

Я готовлю борщ, обжариваю котлеты, которых заранее заготовила впрок. Мне этого всего теперь на месяц хватит одной.

Раскладываю методички тут же на столе. Изучаю.

Костя Машкин в десятом классе. Надо сначала тест провести, проверить знания, потом определить, чего они хотят достичь. Школьная программа рассчитана на то, что у тебя два-три урока английского в неделю, учится все ни шатко ни валко, не спеша., Поэтому знания, полученные на уроке, процентов на шестьдесят забываются.