Книга Развод в 44. Вот и сказке конец..., страница 82 – Ольга Тимофеева

И за самого себя я не могу никому навалять. Хотя не мешало бы.

Через двадцать минут иду по коридору, ищу нужный кабинет.

Оттуда как раз кто-то выходит и я, игнорируя очередь, захожу.

— Тут по записи… - в спину.

— Вы куда?

— Я сейчас! - рявкаю в ответ и захожу.

Сергей поднимает голову, спокойно откидывается в кресле. Улыбается. Без тени удивления.

Давно не виделись.

Лет двадцать, наверное.

— А вот и ты. Думал, когда же объявишься? - ухмыляется.

— Что тебе надо? Мы с Людой обо всем договорились.

— У каждого свои цели. У меня - восстановление справедливости.

— Справедливости? - усмехаюсь. - Или ты плачешь до сих пор, что у тебя женщину увели?

Он встает. Медленно. Сбрасывает с плеч пиджак, будто готовится к бою.

— Женщина? Ты про Люду? Ты же сам ее растоптал. Изменой. Ложью. А теперь прикидываешься спасителем?

— Я хотя бы не прячусь за бумажками и жалобами в налоговую. А ты? Тебя, выходит, не только бросили, но еще и стерли из памяти. Обидно, да? Слаб был - не смог отстоять.

— А ты? Думаешь, если деньги, связи и пальцы в каждой дырке, ты неуязвим? Поздно быть героем.

— Я не герой. Но намерений не скрываю. А ты, Сережа, мстишь. Жалко и мелко за обиду, которую носишь двадцать лет. Жена поэтому от тебя ушла?

Он резко двигается вперед, но я стою, не двигаясь ни на шаг. Молчу. Давлю взглядом.

— За оскорбление лица…

— Жалкий ты. Мне мстить ладно. Похрену. Я не с такими справлялся. Ее зачем? Двадцать лет прошло. Ты бы еще вспомнил, как в детском саду у тебя девочка машинку забрала.

— Я оскорбления приложу к делу.

— Да прикладывай ты, что хочешь. Заодно там распиши сразу, зачем с Кариной встречался.

— Не понимаю, о ком ты говоришь.

— Все ты, сукин сын, понимаешь. Думаешь, не понятно, кто ей информацию добыл о пансионате.

— О каком пансионате? Ты дурак?

— За языком следи. Дурак тут только ты. Так подставляться ради обиженной дуры. Хотя… С одного поля…

— Голову полечи!

— Лицензию свою можешь в туалет занести, скоро она только для этого и сгодится. Я за жену свою тебя в порошок сотру. И ее тоже. Можешь так и передать.

— Бывшую, - ехидно выплевывает. - Просрал ты все.

— Единственную, а не бывшую. Мои юристы уже готовят жалобу на незаконный доступ к конфиденциальной информации. Все твои запросы будут оспорены. Каждый пункт, каждая цифра. Ты проиграешь. Потому что у тебя нет ничего, кроме ненависти. А у меня есть все остальное.

Его лицо перекашивает от ярости. Но он молчит. Он знает, что я прав.

Разворачиваюсь. И перед тем как выйти, бросаю.

— В следующий раз, когда будешь думать, как отомстить мне, вспомни, почему ты вообще проиграл. Не потому что я сильнее. А потому что ты сдался раньше боя.

— Я любил ее!

— Ты любил ее? Ты хоть знаешь о ней вообще что-то? О детстве? О родителях? Что ты это все, тварь вытянул. Ты бы разобрался сначала! - По глазам вижу, что не знал. - Мне хотел помешать. Ты меня в дерьмо хотел засунуть? Так я тебя в нем измажу. Твоей карьере конец, урод.

Хлопаю дверью.

— Этот адвокат за моей спиной раскопал информацию о моем прошлом и теперь этим шантажирует меня. Подумайте, хотите ли работать с ним.

Холодно произношу и ухожу.

Все. Теперь я знаю, кто стоит за этим. И знаю, как играть.

— Стас? - звоню брату.

— Я.

— Нужна твоя помощь. Я тебе скину имена двоих людей. Нарой на них все. От начала и до конца. Где учились, у кого долги, кого тр* * *ли, кто им что должен, и кому они что должны.