Книга Изгнанница. Проверка истинности, страница 3 – Инна Дворцова

— Я дракон, ты забыла? – шепчет страстно он мне на ушко. Проводит большим пальцем по моей нижней губке, очерчивает контур лица. – Тебе от меня не скрыться, Наиля. Даже не пытайся. Признавайся, в какую дыру заслал тебя мой отец?

Мотаю головой. Не могу сказать. Я обещала молчать за призрачную надежду вернуться когда-нибудь в столицу.

Глава 2. Прощание с Дэреком

На нас с интересом смотрят пассажиры дилижанса. Дэрек подхватывает меня на руки и выносит на улицу. Останавливается в тени деревьев, но не спешит ставить меня на землю.

С лёгкостью укачивая меня на руках словно ребёнка, он вызывает во мне такую бурю нежности, что хочется в ответ со всей силы сдавить его объятиях.

Но мне нельзя показывать своих истинных чувств, иначе я жёстко поплачусь. Рассказывать о моём обещании, данном его отцу, я тоже не могу. А лгать Дэреку мне мучительно.

— Твой отец не при чём, – всё же лгу я, не глядя Дэреку в глаза. – Император отдал такой приказ.

На нас в окна с интересом смотрят пассажиры дилижанса. Я прячу смущённое лицо на груди Дэрека. Неудобно разговаривать, когда ты под прицелом любопытных глаз.

— Остановка для всех, – рявкает Дэрек и из кареты, как горошины из стручка, выскакивают и устремляются к зданию станции мои попутчики.

Дождавшись, когда мы останемся одни, Дэрек заявляет:

— Наиля, отголоски истинности позволяют мне определить, что ты лжёшь мне, – его голос на удивление спокоен.

Вот только глаза пылают гневом, зрачок становится вертикальным. Ноздри расширяются. Дракон начинает оборот. Как же мне его остановить? Дракон совершенно не желает себя контролировать.

— Остановись, Дэрек, я не лгу, – меня начинает трясти от его эмоций, которые почему-то передаются и мне. Мне бы со своими справиться, тоску Дэрека я не вынесу.

— Это не истинность, это магия жизни, которая нас связала. Я тоже тебя чувствую, – пытаюсь его успокоить, а саму корёжит от безнадёжности наших чувств.

— Наиля, нельзя же быть такой наивной, – возмущённо говорит он, но оборот всё останавливает, взяв себя в руки. – Это истинность, я знаю. А тебя убедил мой отец, что это магия жизни.

Да, какая разница, что это, надрывно кричит моя душа. Нам всё равно не быть вместе. Не проще ли всё забыть, а не терзать моё зарубцевавшееся сердце раз за разом. Я же тоже живая, сколько можно выворачивать душу наизнанку и раздирать её в клочья? Почему он меня не жалеет? Зачем всё это, что даст, если снова и снова повторять одни и те же вопросы и слышать одни и те же ответы…

— Дэрек, ты обманываешь и себя, и меня, – устало говорю я. – Вселяешь в нас пустую надежду. Я тебе, как целитель говорю, что действие магии жизни легко спутать с истинностью.

Он упрямо смотрит на меня. Дракон, которого проще вынести с поля боя мёртвым, он не привык сдаваться. Самое страшное, что я не лгу. Действие магии жизни и проявление истинности можно различить только по взаимному физическому притяжению, да по проявлению метки.

Я не знаю, начала ли проявляться его метка, как не чувствую её проявления у себя. Но это долгий процесс, если истинные не познали близости.

Но об этом я ему не скажу, если Богине-матери угодно, то он сам узнает. Мне же нужно держать слово, данное его отцу.

— Мне нравится твоё «нас», – он нежно проводит рукой по моим волосам, задерживая локоны в руке, рассматривая, как играет солнечный свет в волнистых прядях.