Книга Избранница Белого Волка, страница 85 – Инна Дворцова

Коттон показывает пальцем писарю, сидящему за столом, рядом с помостом. Я и не заметила его. Как всё серьёзно. Процесс записывается. Я попаду в историю империи. В обычные истории я попадаю с завидной регулярностью.

— Обещаю, Марта, справедливость на этот раз восторжествует, — отвечает на её вопрос император, презрительно смеривает её взглядом.

— Не будет уже никакой справедливости. Эта выскочка всё забрала у меня, — из глаз Марты брызнули злые слёзы.

Я никогда не видела её плачущей. Она всегда знала чего хочет и шла к своей цели. На этот раз цели оказались недостижимы.

— Странно обвинять Велену в том, что она родилась у других родителей, — говорит Майя сестре.

— Легко тебе говорить, сестрёнка, — слёзы куда-то деваются и из Марты опять сочатся ядовитые слова. — Даже ты, никчемушница и то получила себе оборотня. А я? Чем я хуже вас? Это я должна была выйти замуж за князя, как старшая сестра.

— Марта, о чём ты говоришь, — увещевает её Майя. — Велена не выбирала себе мужа, это сделал за неё император. И я не выхожу замуж за Ингвара. Что за глупые обвинения? Покайся, сестра.

— Каяться? Да ни за что на свете! Если бы я могла, то собственными руками придушила бы эту удачливую самозванку.

— Вы всё записали? — обращается Коттон к писарю. И получив кивок в ответ, спрашивает императора:

— Ваше императорское величество, будем продолжать или достаточно?

— Хватит, а то мы этот словесный поток до утра не остановим.

— Марта Велес присаживайтесь на скамью. Приговор вам будет вынесен в конце судебного процесса.

Я шепчу молитву, чтобы наказание не было слишком жестоким.

Но Марту не остановить, она не собирается сдаваться.

— Как благородно вы защищаете сестру, ваше императорское величество, — издевательски выкрикивает Марта и шутовски кланяется Гио. — А где же вы были все эти восемнадцать лет? Где была ваша забота о члене императорской фамилии?

Мне стоит поблагодарить Марту за её вопрос. Он давно терзал и меня, но напрямую спросить брата я не решилась. Приёмный отец хорошо вколотил в меня науку повиновения, хотя я иногда и решалась на протест. Но всегда жестоко расплачивалась за свои бунты.

Император внешне кажется спокойным. Вижу, как потемнели его глаза и побелели костяшки пальцев, сжавшие подлокотники кресла. Внутри Гио бушует ураган, и я молюсь, чтобы Марта не попала под горячую руку. Я не желаю ей зла.

В который раз за день я задаю себе один и тот же вопрос: «Зачем он затеял публичный суд?». Причинами, побудившими его на это, брат не поделился, но сейчас, мне кажется, уже пожалел об этом.

— Вообще-то, это внутри семейная проблема, — словно раздумывая произносит Гио, — но раз так получилось, что вы стали причастны к моей семье, я расскажу. Тем более, всё это имеет непосредственное отношение к проводимому процессу.

На скамье, схватившись за голову, застонал Келси Велес. Все взоры обратились к нему. Теперь, что он причастен к этой проблеме, поняли все.

— Так получилось, что, когда скончался наш с Веленой отец, меня не было в замке. Да и кто мог подумать, что здоровый и полный сил, планов человек скоропостижно уйдёт к праотцам.

— А может… — начал развивать свою мысль Ингвар.

Меня это «а, может» тоже взволновало. Сердце застучало, как сумасшедшее. Рагнар прижал меня к себе, и тревога отпустила.