Книга На задворках империи, страница 122 – Андрей Булычев

— Взвод, слушай мою команду! — крикнул Тимофей. — В три шеренги становись!

Две минуты — и перед ним замер строй. Причём слева к нему пристроился и десяток Тиграна.

— Братцы, — оглядывая шеренги, произнёс Тимофей. — Этот завал за моей спиной считайте нашим личным фортом. Неприятеля за него нам пускать никак нельзя, иначе все труды и жертвы наши и вся кровь наших товарищей будут напрасны. Иначе погибнут от нашествия персов тысячи местных жителей, тех, кто доверился нам, а ещё и погибнут с ними те малые сотни и роты русской армии, что сейчас охраняют мирные провинции за нашей спиной. Если устоим мы до утра, ну и ещё хотя бы немного, — с улыбкой проговорил прапорщик. — Если мы удержим наш, этот вот драгунский, форт, значит, честь нам и слава. Значит, всё не зря. А там уж и полк со всеми войсками на подмогу подойдёт.

— Уде-ержим, вашбродь, чего не удержать-то?! — пробасил стоявший в первой шеренге Кузнецов. — Правда ведь, братцы?

— Уде-ержи-им! — грянуло три десятка глоток.

— Уде-е-ержай, — протянул Тигран, и в ответ ему раздался дружный хохот.

— Так, ты вот здесь устраивайся, Лёнька, а я тут буду. — Кошелев показал удобное место. — Отсюда обзор лучше для наших штуцеров.

— Да какой там обзор ночью?! — удивился Блохин. — В темноте-то.

— Ну не скажи, луна вон восходит. — Кошелев кивнул на небо. — А луна для ночного стрелка всегда первый помощник.

Так же как они, распределялись по насыпи и все драгуны с армянским десятком.

— Сколько факелов наготовили? — спросил Плужина Тимофей.

— Две дюжины, ваше благородие, — осторожно проливая остатки масла на льняной лоскут, доложил унтер. — Более никак не получится, ни дерева тут хорошего не найти, ни зелья горючего не намешать. Баклажка масла была конопляного, топлёного сала с кулак да у Кошелева фляга с крепким хмельным. Вот всё, что было, в дело и пошло.

— Ну хоть столько, — вздохнув, проговорил Тимофей. — Мало, конечно. Пороха сколько собрали россыпью?

— Его-то около пуда точно нашли, — ответил Ерофеевич. — Вот он рядом на парусину высыпан. Из патронов не нужно ещё высыпать?

— Нет. Патроны для стрельбы будут нужны. Так, подставляйте вёдра, — обратился он к двум стоявшим рядом драгунам. — Давай, Стёпа, насыпай, только осторожно.

Ярыгин, сопя от усердия, горстями всыпал порох в два кожаных водопойных ведра и потом завязал у каждого горловину.

— Думаете, сработает, вашбродь?

— Надеюсь, — последовал ответ командира. — А теперь пошли потихоньку за насыпь. Я там уже приглядел удачное место.

Через несколько минут за полсотни шагов от позиций драгун раздался его голос:

— Лёнька, Васильевич, видите нас?

— Слабо, словно бы тени! — крикнул в ответ Блохин.

— А вёдра у ног?

— Не-а, не вижу, — откликнулся Блохин.

— И я не вижу, — донёсся голос Кошелева. — Сливается всё с вами, вашбродь.

— Ла-адно, — проговорил Гончаров и переставил вёдра. — А как теперь?

— Во-о, а вот теперь вроде заметно, что-то такое темнеет от вас сбоку, Тимофей Иванович! — прокричал Кошелев. — Да-да, видать, не шибко, конечно, хорошо, расплывчато и мелко, но всё же видать.

— Видно, видно, — подтвердил и Блохин. — Слабенько, но видно.

— Ладно, когда факелами штуцерникам подсветят, ещё лучше они смогут разглядеть, — накладывая сверху на вёдра камни, произнёс Тимофей.