Онлайн книга «Желтые цветы для Желтого Императора»
|
— Прости, – шепнул Ичи, не слыша себя. – Прости. Я не хочу. «Но тебе же лучше, что ты хотя бы не переживешь то, что пережил я». — Господин Ру! Но он уже не помнил, кто мог его звать. Окида нашла откуда-то воздух, закричала, задергалась. Глаза остановились прямо на Ичи, слезы из них текли, смешанные с кровью. Он заставлял себя терпеть и продолжал поворачивать кисти, будто воюя с упрямой дверной ручкой, а не с чужим сердцем, все пытавшимся биться. — Господин!.. – Кто-то врезался в него сзади. И обхватил за пояс, обжигая горячим дыханием шею и плечо. – Остановитесь! Ичи закостенел. Не мог обернуться, боялся, что Окида мгновенно вырвется, снова нападет, но наконец узнал: это был голос принцессы Джуни. И это ее дрожащие худые руки обхватывали его поперек груди, будто пытаясь оттянуть. — Остановитесь, – прошептала она. – Опустите ладони! Ей больно! Ичи показалось, будто он ослышался. Джуни Ямадзаки – он это понял, еще когда они встретились среди трупов, – не была мягкосердечной настолько, чтоб не переносить вида страданий, тем более страданий врагов. Принцесса сама брала оружие без страха, сама весь путь до гор готова была защищаться и защищать. И теперь эти мольбы… — Это не она, – выдохнул сквозь зубы он, еще поворачивая ладони. Вправо. Влево. Окида захрипела, из ее носа полилась темная кровь. — Не кто?! – Ичи снова дернули, сильно, и ярость всколыхнулась, захотелось вырваться, оттолкнуть. Принцесса ведь упала, раненая саем. Как она поднялась? Неважно, ведь от нее так страшно пахло кровью. Она ничего не понимала. А он спасал ее. — Господин Ру… Господин Ичи! – Его тряхнули, он шатнулся, потерял концентрацию, и Окида жадно схватила воздух ртом, сильнее зашевелила губами. – Освободите ее! — Ты… – смутно услышал Ичи. Глухо. Сбивчиво. – Ичи… — Прекратите мешать мне, госпожа, – бросил он Джуни, впился в Окиду взглядом и, сжимая кулаки, отнимая у нее еще немного сил, выдохнул то, от чего сильнее засаднило в груди: – Вы продлеваете ей муки. Ведь он чувствовал: сердце Окиды билось редко, но еще сильно, она сопротивлялась, хотя кровь все обильнее заливала одежду. Когда она ослабнет, то сломается целиком, а значит, ничего не успеет почувствовать. Ичи знал. — Не борись. – Он надеялся, что она прочтет это по его губам. И что слезы, выступившие так неожиданно, не станут преградой для силы. — Господин Ру!!! – Принцесса Джуни завизжала, визг ее эхом заблудился между сырых камней. Она дергала Ичи, дергала и кричала: – Стойте! Она… она же пощадила меня! Ичи все-таки обернулся, опустив одну руку, и услышал стук – значит, без его взгляда тело Окиды тут же рухнуло. Принцесса стояла твердо. Сай тускло блестел в стороне. — В последний момент, – прохрипела принцесса, все цепляясь за него, – она отвела руку… полоснула меня по груди. Слабо совсем. И бросила оружие… Спиной Ичи лишь теперь почувствовал, как вымокла от крови его рюкоги. Горячий, страшный жар, но рук принцесса не разжимала. — Прошу… Ичи уставился на корчащуюся Окиду, хлестко вскинул руки – и ее снова подбросило, вжало в стену, хрип вырвался из горла. Она продолжала смотреть на Ичи. И все пыталась что-то сказать. Снова легкой поворот ладоней. Хрустнули ребра. Кровь побежала из прокушенной губы Окиды. Ловкий обман, ведь так? Она сделала это специально, она была асиноби, она умела, когда нужно, быть хитрой, и теперь она – то, чем она стала, – поняла, что не пройдет к семье наместника просто так. Нужно притвориться исцеленной, нужно, чтобы Ичи и эта добрая глупая принцесса подошли, тогда с ними проще будет расправиться. В волосах Окиды были знакомые шпильки. Пропитанные ядом. Их легко вогнать в горло. |