Книга Господин прокурор, страница 153 – Катерина Траум

— Итак, Уильям Дампер… – Он не садился, нависнув над задержанным и уперев сжатые кулаки в стол. – Прекратите ныть, у вас даже не задета кость. Легкое повреждение мягких тканей…

— Мне нужно в госпиталь, – заканючил Билли, бессильно дергая руками в кандалах, и с надеждой глянул за плечо прокурора на хмуро замершую с блокнотом Пейдж. – Мисс, ну хоть вы-то объясните этому зверю, что я должен лечь в больницу!

— Вас осмотрел врач и оказал всю необходимую помощь. – Пейдж не дрогнула ни единой мышцей лица.

Зато у нее самой саднила царапина с обратной стороны колена и ныло плечо. Киллиан предлагал ей поехать домой, но она просто не могла отказаться от возможности наконец-то узнать все.

Она с любопытством посмотрела на крысу, за которой так долго гонялась половина города. Понурая рожа лет сорока, давно не стриженные сальные черные патлы-сосульки, кажущиеся влажными, как и покрытый испариной покатый лоб. Стала понятна его кличка – «мокрым» Билли был не только в силу фамилии^[54]. И что в нем могла найти какая-то прачка? Максимально неприятный и скользкий тип в потасканном пиджаке с алой нашивкой солдата Соланесов.

— Вы оказали вооруженное сопротивление при аресте, – процедил Киллиан четко и строго, и посторонний, может, не сразу уловил бы в его тоне завуалированную ярость, но Пейдж вздрогнула всем телом. – Вас при любом раскладе ждет суд с обвинениями в убийстве четырех человек. Думаете, вам кто-то позволит оказаться в больнице, где нет круглосуточной охраны?

— Похоже, прокурор, вы уже мысленно повесили меня за чужие грехи, – неприятно оскалился Билли, вскинув голову и поймав немигающий мрачный взгляд коронного обвинителя, и не смог его выдержать и секунды.

— Давайте не будем тратить мое и ваше время на отрицания, – поморщился Киллиан, еще крепче уперев кулаки с выступающими венами в столешницу. – Нападение на представителя закона: у вас была веская причина бежать. Невиновные не прячутся в сыром клоповнике под женской юбкой. Так что рассказывайте все с самого начала под чистосердечное признание и не ломайте комедию.

— Думаете, я боюсь законников? – усмехнулся Билли. – Думаете, я бежал от вас? Какого же вы высокого мнения о себе… Включите голову, господин прокурор: вы знаете, что меня ждет в камере. Высшую справедливость могут принести только руками почтенного общества…

— Леонардо, – понимающе кивнул Киллиан, выпрямляясь и скрещивая руки на груди, отчего у него вздулись вены на предплечьях, что было видно и в тусклом свете желтой лампы. – Три недели вы тряслись в ожидании его возмездия за предательство. Бывший солдат оказался трусом.

— Бывший солдат не хочет стать сегодняшним трупом, только и всего. Я не стану ничего подписывать и не буду никого сдавать, причем в этом мне поможет сам закон.

Удовлетворенно откинувшись на стуле, Билли грохнул цепями по столу. Повисла напряженная, трескучая пауза – можно было расслышать гудение лампы и тяжелое дыхание Киллиана, пока тот наконец не выдохнул в понимании.

— Закон… Так вы в рабстве, – констатировал он с ноткой потрясения. – Только у раба есть право не отвечать перед законом за то, что ему было приказано делать, – вся ответственность лежит на хозяине. Но есть несколько нюансов: во-первых, чтобы правило работало, мне нужно увидеть контракт.