Книга Господин прокурор, страница 79 – Катерина Траум

В целом, несмотря на сложности, Пейдж вошла в ритм жизни господина и все легче улавливала его приказы, которые не требовали озвучки. Ему хватало бросить на нее требовательный взгляд поверх очков, чтобы она почувствовала по оттенку радужки настроение, оценила степень недосыпа и вычислила следующее поручение. Все чаще он мог просто лениво приподнять руку с очередным документом, не отрываясь от чтения бесконечных бумаг, и Пейдж сама понимала, что нужно сделать дальше: что и кому отдать, куда и что записать и какие отметки оставить себе. И очень точно угадывала часы, в которые он особенно благодарно смотрел на принесенный ею крепкий кофе.

А вот расследование по контрабанде встало колом, и по этому поводу Киллиан не переставал раздражаться. Субботним утром к нему зашел сам судья Уэстбери и долго расспрашивал, как продвигается дело. Даже предлагал помощь в виде проверенных людей, которые могли бы начать облаву на мафию. Решимости судьи можно было лишь позавидовать: он несколько раз повторил, что пора бы кого-то привлечь к ответственности за два трупа, и ничего не имел против ареста самого Джеймса, несмотря на его титул.

— С меня уже спрашивают в Лондоне, все-таки Комптон был серьезной шишкой, – доверительно сообщил он. – Давай, парень: не подведи меня. Перетряси всех, кто может быть причастен к этим мафиозным разборкам, и, клянусь, я не забуду твое имя в списках на повышение ранга.

Однако эти посулы не возымели успеха: Киллиан не верил в вину Соланеса и потому медлил с арестами. Хотя Пейдж представляла, какое давление на него оказывали сверху – и не только добродушный и так очевидно симпатизирующий прокурору судья.

Для сборов на аристократический прием Киллиан не пожалел бюджета, и первую половину выходного дня Пейдж провела в магазинах, пытаясь собрать образ по его запросу: «Что-то, чтобы не выделяться из толпы, мисс Эванс». Недолго думая, она позвала с собой Саманту, которая благодаря своему происхождению куда лучше ориентировалась в моде среди элиты. Сложнее всего было придумать что-то с волосами, чтобы прическа максимально отличалась от повседневной, но и тут пригодилась помощь подруги – ее умелые руки собрали кудряшки повыше и закрепили изящным гребнем с ромбовидным узором из фианитов. Одна прядка осталась обрамлять лицо, а комплект украшений дополнили кулон на длинной цепочке и серьги белого золота, одолженные Сэм, – сверкающие нити из миниатюрных бриллиантовых ромбиков, повторяющие форму подвески.

Пейдж было страшно даже чихнуть в таком виде, но она понимала, что любой подлог опытные леди раскусят моментально. Хорошо, что образование в женской гимназии включало светский этикет, танцы и всевозможные нюансы, с которыми могла столкнуться девушка в высшем свете.

Ей казалось, что выбранное темно-зеленое шелковое платье-чехол^[35] с изящной отделкой в виде вышитого серебристым бисером этнического орнамента было вполне удачным, а длина чуть ниже колена не должна была сковывать движений. Длинные белые перчатки, открытые туфли на каблуке, легкий макияж и последний штрих – белая атласная маска, придающая лицу загадочность, – хорошо завершали образ. Но когда Пейдж вышла из спальни и наткнулась на долгий взгляд ожидающего ее у перил Киллиана, уверенность выкачало из нее моментально.