Книга Несравненный. Том 1, страница 101 – Мэн Сиши

«Это мы-то не чужие люди?» – Цуй Буцюй про себя не удержался от кривой усмешки, поражаясь бесстыдству второго господина.

Впрочем, внешне он остался совершенно невозмутим, прикинулся, что раздумывает, стоит ли отвечать, и спустя недолгое время заговорил:

— Раз уж на то пошло, то я тоже буду откровенен. На самом деле фамилия моя – вовсе не Цуй, а имя – не Буцюй.

— О-о? – заинтересованно протянул Фэн Сяо.

— Моя настоящая фамилия Чжансунь, а зовут меня Бодхи, – заявил Цуй Буцюй. – Я заместитель Вестника управы Левой Луны.

Где-то в городе чихнул Чжансунь Бодхи.

Уголки глаз Фэн Сяо слегка приподнялись, как будто он про себя улыбнулся.

— Вот ведь незадача, мне доводилось видеть обоих заместителей Вестника Левой Луны: и мужчину, и женщину. Хочешь сказать, ты кто-то из них?

В тоне его так и слышалось: «Ну-ну, продолжай врать, посмотрим, как ты выкрутишься».

— Откуда ты знаешь, что тот Чжансунь Бодхи, которого ты видел, – настоящий? – не отступал Цуй Буцюй.

— О? – откликнулся Фэн Сяо.

Ничуть не изменившись в лице, даос продолжил сочинять на ходу:

— Как известно, даже у зайца три норы, что уж говорить об управе Левой Луны? Мы служим трону, нам часто приходится скрывать и истинное положение в обществе, и имя, а потому в порядке вещей иметь одного, а то и нескольких двойников. Конечно, вы, господин Фэн, боевыми искусствами владеете столь безупречно, что с любым совладаете, еще и без суда и следствия, а мне, в отличие от некоторых, приходится куда больше переживать о целости головы, которой я зарабатываю себе на хлеб.

Фэн Сяо понимал, что Цуй Буцюй попросту насмехается над ним, мол, сила есть – ума не надо, но тон настоятеля оставался таким обыденно ровным, что и не придерешься.

— И кто тогда Вестник? Как его зовут? – поинтересовался второй господин.

— Воочию я и сам его ни разу не видел: посторонним он никогда не показывается, а с нами разговаривает, сидя в темной комнатке за ширмой. Голос у него старческий, надо полагать, он уже в годах, – без промедления ответил Цуй Буцюй, словно говорил чистую правду.

Нахмурившись, Фэн Сяо задумался. Неужели евнух Чжэн? Императрица всегда ему особенно доверяла.

— Голос мягкий, немного похож на женский? – уточнил он.

— Просто старческий, больше ничего примечательного в нем нет, – сказал Цуй Буцюй.

— Бедный монах Цуй! Человек поистине выдающийся, несравненный мудрец, а вынужден подчиняться, – вздохнул Фэн Сяо. – Благородному мужу невыносимо и день прожить по чужой указке, а вам постоянно приходится считаться с другими. Куда лучше быть самому себе господином!

Казалось, эти двое никогда не устанут подначивать друг друга.

— Все так, но ведь и вы, господин Фэн, тоже подчиненный, и над вами стоит глава судебного ведомства, – заметил Цуй Буцюй.

Фэн Сяо рассмеялся:

— Что есть глава судебного ведомства, что его нет. Как ни погляди, чертог Явленных Мечей в корне отличается от управы Левой Луны. Несомненно, императрицу и императора называют четой Совершенномудрых, но все-таки властитель у Поднебесной лишь один. Есть разница между службой самому правителю и службой его жене. На мой взгляд, вы достойны большего, чем должность какого-то заместителя. Лучше переходите в чертог Явленных Мечей: я сделаю вас четвертым господином и дам в ваши руки почти безграничную власть. Только представьте: вы сами будете решать, казнить или миловать, награждать или взыскивать. Чертог даст вам все то, что дает управа Левой Луны, и даже больше.