Книга Несравненный. Том 1, страница 59 – Мэн Сиши

— Господин, нам тогда… – не выдержав, начал было Пэй Цзинчжэ.

Даже если этот камень и не был тем самым нефритом, он все равно привлек всеобщее внимание: развернулась настоящая борьба. К тому же слухи о пропаже нефрита Небесного озера уже давно разошлись по городу, и многие сведущие господа тайно уже знали об исчезновении хотанской драгоценности; именно поэтому появившийся на торгах самоцвет и вызвал гораздо больший ажиотаж, чем все остальные диковины.

— Погоди еще немного, – произнес Фэн Сяо.

Вскоре стоимость камня дошла до трех тысяч лянов. Видя, что гости продолжают накидывать цену, второй господин подал знак, и Пэй Цзинчжэ выкрикнул свою ставку: пять тысяч лянов серебром и десять золотистых жемчужин Южного моря вдобавок.

В зале тут же воцарилась тишина.

Многие гости повернулись на звук и уставились на юношу и его спутников.

Цуй Буцюй сильнее закутался в плащ – до самого подбородка – и сел боком, желая скрыться от ненужных взглядов.

Фэн Сяо нарочно пододвинулся к нему поближе:

— Чего ты так стесняешься? Ты же не юная девица, ну увидят тебя – и что с того?

— Зато вы так себя выпячиваете, что мне не по себе: останусь сидеть рядом – не замечу, как мне ночью во сне голову открутят, – холодно заметил Цуй Буцюй.

Второй господин, рассмеявшись, приобнял его за пояс:

— Пока я рядом, спи без забот, уж я-то сберегу твой сон!

Цуй Буцюй вдруг вскочил и молниеносно отвесил Фэн Сяо пощечину. Все произошло так быстро, что, даже будучи выдающимся мастером боевых искусств, тот не успел ни остановить его, ни уклониться: оплеуха настигла второго господина на полпути.

— Бесстыжий развратник, второй Дэнту Цзы! – при всех обрушился на него Цуй Буцюй. – Мало того, что мою сестру отнял, так еще и меня не пощадил! Я, ничтожный даос, аж в Люгуне попытался скрыться от тебя, но ты и сюда явился! Неужто тебе законы не писаны?!

Даос, на котором теперь сошлись все взоры, говорил гневно, держался грозно. Его суровое лицо побледнело от праведной ярости: всем своим видом он напоминал бамбук, что хоть и гнется под тяжестью снега, но не ломается.

Фэн Сяо даже на миг потерял дар речи: он никак не ожидал ничего подобного. До сих пор Цуй Буцюй покорно терпел, скрывая все свои мысли и чувства, но сейчас вдруг привлек всеобщее внимание, и теперь все присутствующие смотрели на второго господина совсем другими глазами.

«Вот уж точно – в застойной канаве лодка перевернулась! – подумал Фэн Сяо. – Пожалуй, я впервые так оплошал».

Договорив, Цуй Буцюй прикрыл рот рукой и зашелся кашлем: чем дальше, тем сильнее. Ему даже пришлось наклониться, и спина его слегка подрагивала: заиндевевший бамбук продолжал сопротивляться ветрам, изогнувшись под весом налипшего снега

За минувшие два месяца известность обители Пурпурной Зари в Люгуне стремительно возросла. Разумеется, не все из присутствующих были местными, но немало нашлось и тех, кто знал Цуй Буцюя. Послышались возгласы:

— Настоятель Цуй!

— Что случилось?

— Вам помочь?

— Да как могут столь гнусные, мерзкие дела твориться средь бела дня! Спускайтесь, настоятель Цуй, мы тотчас заявим властям! – подхватила толпа.

Откашлявшись, Цуй Буцюй горько усмехнулся:

— Господин Фэн – служащий чертога Явленных Мечей, расследует дело о гибели хотанского посла и настаивает, что я как-то причастен к случившемуся, вот и задержал меня. Даже если вы отправитесь к самому уездному главе – бесполезно. Я признателен за ваше участие, но я просто… просто не выдержал.