Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 108 – Мэн Сиши

— Школа Лазоревых Облаков еще не оправилась от постигших ее несчастий, – возразил Шэнь Цяо, – они все равно ничем не смогут помочь. К тому же глава Чжао решительно настроена держать школу как можно дальше от мирских дел. Даже если Хань Эин и прибудет сюда с такой просьбой, глава Чжао едва ли откликнется на нее.

— Со стороны легко рассуждать, а поймет ли все это глава Чжао? – не согласился с ним Янь Уши. – Лучше бы тебе при случае растолковать ей, что к чему. Те, кто грезит о возрождении Ци, ничего не смогут сделать без тюрок и наверняка обратятся к ним за подмогой. И если крошечная школа Лазоревых Облаков переоценит силы и спутается с ними, ничем хорошим это для нее не кончится.

— Глава Чжао не кажется мне столь неблагоразумной, – удивился Шэнь Цяо. – Глава Янь, по-моему, вы к ней слишком предвзяты, неужто она когда-то чем вас обидела?

Янь Уши ничего на это ответил и завел разговор о другом:

— Юйвэнь Юнь опять возвысил плешивого старого осла Сюэтина, да еще и приблизил к себе школу Обоюдной Радости, которая прежде была вовсе не при делах. Ничего удивительного в этом нет: любой правитель стремится одну могучую силу уравновесить другой. Юйвэнь Юнь верит, что так ему будет проще справляться с нынешними союзниками, но дураков среди них нет: всяк понимает его замысел. И наставник Сюэтин, и школа Обоюдной Радости воспользуются этой возможностью, чтобы упрочить собственные позиции.

Ненадолго задумавшись, Шэнь Цяо произнес:

— Вот почему вы сказали, что в цзянху грядут великие перемены? Школа Чистой Луны, что когда-то была у всех на виду, теперь держится в тени. Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы дождаться своего часа, не привлекая лишнего внимания, но если сейчас школа Обоюдной Радости стремительно окрепнет, то неизбежно встанет на вашем пути. Вы не боитесь, что Чистая Луна из-за этого понесет большие потери?

Янь Уши беззаботно улыбнулся:

— Глупенький А-Цяо! Ныне с поддержкой Юйвэнь Юня и те, и другие – на пике могущества. Если я вдруг появлюсь, они, чего доброго, сплотятся против общего врага, так зачем мне вмешиваться? Пускай сцепятся и порвут друг друга в клочья. По мере того, как их влияние возрастет, они непременно обратят взор на гору Сюаньду – попросту не смогут упустить столь лакомый кусочек. Однако твой шиди Юй весьма честолюбив и унижения так просто не проглотит – начнется противостояние. Поэтому-то я и посоветовал тебе не спешить на гору Сюаньду.

Немного помолчав, он продолжил:

— Ради того, чтобы избавиться от меня, Дуань Вэньян объединил самые разные силы. При дворе тоже много кто постарался, чтобы разжечь вражду между отцом и сыном. Ты же понимаешь, какова подоплека всего этого?

Шэнь Цяо кивнул:

— Тюркам не нужен могучий единый север, поэтому Юйвэнь Юн должен был умереть, а значит, должен был умереть и тот, кто его поддерживал, – то есть вы.

— Смотрю, за время странствий в миру ты не терял времени зря, – рассмеялся Янь Уши. – Но ты нравился мне куда больше, когда только-только очнулся, ничего не помня о себе. Искренний и чистый, как свежевыпавший снег или прозрачное стекло, ты верил всему, что тебе говорят.

— Верно, все дело в том, что главе Яню в те далекие дни было куда проще морочить мне голову? – мрачно осведомился Шэнь Цяо.

— А-Цяо, как ты хорошо меня понимаешь! – подтвердил довольный Янь Уши. У него действительно не было ни стыда ни совести.