Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 259 – Мэн Сиши

Дуань Ин родился на юге, в уезде Лулин^[80]. Род Дуань не принадлежал к знати, богатств не скопил, но зато издавна славился мастерами боевых искусств, и, казалось бы, Дуань Ину не было никакой нужды отправляться в поисках учителя так далеко, аж на самую гору Сюаньду. Вот только, как он и сказал Шэнь Цяо, в каждой семье полно своих тайных горестей: Дуань Ин не хотел вечно сносить побои и издевательства домашних, к тому же из-за происхождения не мог изучать боевое искусство, что передавалось из поколения в поколение. Он распрощался с семьей и отправился на поиски наставника.

Сперва он посетил академию Великой Реки: на землях Южных династий всегда чтили конфуцианство, а академию превозносили как лучшее место для освоения боевых искусств, особенно с тех пор, как ее возглавил шисюн императрицы Лю. На юге академия Великой Реки слыла весьма могущественной и влиятельной, говорили, что адептов у нее – как облаков в небе, однако чем громче слава – тем выше порог, и тем труднее его переступить. У Дуань Ина за душой не было ничего: ни связей, ни влиятельных родичей, выдающимися способностями он тоже не отличался и потому не прошел даже первого испытания. Юноша не сдался и с большим трудом добился встречи с Жуянь Кэхуэем, дабы переговорить с владыкой самому. Владыка Жуянь встретил его приветливо, обращался любезно, но в конце концов отказал юноше, не пожелав принять его в ученики. Дуань Ин понял: Жуянь Кэхуэй счел его способности и врожденные задатки недостаточными.

До встречи с Шэнь Цяо Дуань Ин думал, что все главы именитых школ одинаковы: способности и задатки будущих воспитанников для них важнее всего, а потому, добравшись до горы Сюаньду, он уже не питал особых надежд. Он вполне удовольствовался бы местом рядового ученика, только бы усердно изучать боевое искусство. Но, к удивлению юноши, в конце пути его ждал огромный подарок.

Испытав разочарование и горечь утраты, Дуань Ин еще больше ценил возможность, что досталась ему с таким трудом. К тому же он яснее многих сознавал, сколь редко встречаются наставники, подобные Шэнь Цяо, и, дабы не обмануть ожиданий учителя, в дальнейшем все свои силы отдавал постижению боевых искусств. Никто из его родных, даже отец с матерью, и представить не мог, что презренный сын какой-то наложницы со временем станет прославленным мастером боевых искусств, чье имя прогремит по всей Поднебесной.

Но это уже другая история. А пока Дуань Ин, только что ставший учеником Шэнь Цяо, смущенно улыбнулся:

— Благодарю вас, учитель. Не тревожьтесь – сей ученик приступит к постижению боевых искусств со всем прилежанием и ни за что вас не разочарует! Счастливого вам пути, берегите себя!

Шэнь Цяо похлопал его по плечу, сказал еще пару ободряющих фраз и отпустил.

Из-за нового ученика ему и так пришлось задержаться на день, а потом события стали разворачиваться стремительно. Как только он все решил с Дуань Ином, получил, одно за другим, сразу два послания. Первое – из храма Чистого Ян, что на горе Цинчэн. И Бичэнь еще не знал, кто возглавил школу Сюаньду, а потому писал просто настоятелю. После положенных приветствий И Бичэнь переходил к сути послания, касавшегося предстоящего поединка между Янь Уши и Хулугу: настоятель храма Чистого Ян приглашал чжанцзяо школы Сюаньду вместе посмотреть бой.