Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 294 – Мэн Сиши

Чтобы собрать эти пятьдесят тысяч, все игорные дома Фунина выскребли казну до последней монетки – о том, чтобы нажиться на ставках, в ближайшее время можно было и не мечтать.

— Все гадают, кто таков Си Синкэ, – улыбнулся юноша. – А ведь стоит чуток подумать, и все становится очевидно, не правда ли? Где Хуаньюэ, Чистая Луна, там и Си Синкэ, Гость, Омывающий Звезды. Пожалуй, когда вы появитесь на людях, все эти неудачники придут в ярость! Но что толку от гнева? Ставки они сделали сами, расписки оставили собственноручно – разве они посмеют явиться сюда и требовать что-то с Чистой Луны? Жить ведь еще никому не надоело!

Янь Уши лишь согласно хмыкнул – он не придал большого значения выигранным деньгам.

— Где А-Цяо? – спросил он.

— Во дворе, упражняется с мечом, – ответил Юй Шэнъянь. – Похоже, он думает отправиться в Чанъань.

— Пускай. – Янь Уши поманил ученика поближе: – Подойди-ка.

Понизив голос, он прошептал юноше на ухо ряд указаний. Юй Шэнъянь старательно закивал:

— Сей ученик немедленно исполнит все в точности!

— И еще, – добавил Янь Уши, – пошли десять тысяч лян из этих пятидесяти в храм Чистого Ян.

— Слушаюсь! – отозвался Юй Шэнъянь.

Разве мог И Бичэнь высказаться необдуманно? Даже далеким от мирских забот даосским храмам нужно на что-то жить. И Бичэнь всего-то произнес пару туманных фраз, люди сами надумали себе то, что хотели услышать. Зато настоятель тем самым помог Янь Уши выиграть, а заодно заработал десять тысяч лян для родной обители. Так что ни тот, ни другой не остались в убытке.

Шэнь Цяо и вправду собирался вернуться в Чанъань. Как-никак, за строительством обители Сюаньду в столице следил сейчас Юань Ин: опыта ему недоставало, и не следовало надолго оставлять его одного.

Как только стройка завершится, государь наверняка пожелает лично видеть мастеров школы Сюаньду, и династия Суй издаст соответствующее высочайшее повеление. К тому времени чжанцзяо непременно нужно оказаться в столице – Шэнь Цяо не хотел и думать о том, что будет, если ко двору отправится застенчивый и косноязычный Юань Ин.

Как следует обо всем поразмыслив, Шэнь Цяо собрался пойти к Юй Шэнъяню, дабы попрощаться перед уходом, однако два дня подряд ученик Янь Уши уходил из усадьбы рано утром, а возвращался поздно вечером, а потому переговорить с ним у даоса никак не получалось. Лишь на третий день Шэнь Цяо наконец перехватил его у дверей.

— Учитель прикован к постели, вот мне и приходиться дни напролет бегать по его поручениям, – с улыбкой пояснил юноша. – Да вы и сами видите…

Он помахал письмом в руке:

— Мне еще нужно отправить письмо от учителя к И Бичэню. Монах Шэнь, если у вас какое-то дело, лучше ступайте сразу к нему. Я уверен, он вам не откажет.

Шэнь Цяо снова заступил ему дорогу и, кашлянув, сказал:

— Нет нужды беспокоить главу Яня. Я хотел попрощаться перед дорогой, только и всего, а проститься с вами – все равно что проститься с ним.

— Монах Шэнь, вас с учителем связывает давняя дружба, – посерьезнев, заговорил Юй Шэнъянь. – Если учитель узнает, что вы ушли тайно, попрощавшись через меня, боюсь, он разгневается, и мне придется несладко. Раз собираетесь покинуть нас, то лучше уж сами скажите о том учителю, чтобы я не остался крайним!

Но Шэнь Цяо совершенно не хотелось идти к Янь Уши – поэтому-то он и дожидался Юй Шэнъяня.