Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 312 – Мэн Сиши

— Почтенный монах, вы противоречите сами себе, – усмехнулся император Чэнь. – Раз вы следуете пути Чувств, то должны жаждать богатства и почестей. Мы можем дать вам все, чего бы вы ни пожелали, так почему вы отказываетесь? Неужто набиваете себе цену?

Сей молодой государь хоть и не любил править, предпочитая проводить время в развлечениях, отнюдь не был посредственностью, преуспев во всех занятиях благородного мужа: играл на цине, был искусен в вэйци, каллиграфии и живописи, а кроме того, слагал стихи. Он по праву мог называться выдающимся дарованием среди императоров и, уж конечно, был куда разностороннее Ян Цзяня.

Шэнь Цяо остался невозмутим:

— Вовсе нет, ваше величество. Тому, кто следует пути Чувств, не обязательно пребывать в неге и роскоши императорского дворца: посреди мирской суеты хватает и иных мест, где можно предаться удовольствиям и продвинуться в совершенствовании, будь то зеленые терема или винные дома. Сему ничтожному даосу посчастливилось узреть лик вашего величества – ему достаточно и одной этой радости. И все же я должен сказать вам еще кое-что.

Император Чэнь приподнял брови:

— Говорите.

— Богатство и почести желанны для каждого, но путь Чувств не сводится лишь к собственному наслаждению, – заговорил Шэнь Цяо. – Он подразумевает и счастье других людей, а у вас, ваше величество, есть целый народ, которому не хватает пищи, одежды и крыши над головой.

О наспех придуманном пути Чувств Шэнь Цяо завел речь, только чтобы испытать императора. Он никак не ожидал, что, услышав о таком способе совершенствования, государь Чэнь и вправду расплывется в довольной улыбке. Слегка разочаровавшись, он попытался напоследок усовестить Чэнь Шубао, но тот не отнесся к его словам всерьез:

— Вы зря тревожитесь, почтенный монах. У вас облик настоящего небожителя: для вас скитаться по свету – лишь впустую растрачивать свои дарования. Желаете давать Нам советы – так оставайтесь при дворе, и тогда ежедневно сможете наставлять Нас на пути постижения Дао.

Лично встретившись с правителем Чэнь, Шэнь Цяо счел, что тот оказался далеко не столь совершенен, как его описывали. Властвовавшее на юге государство Чэнь землями ничуть не уступало северу, однако, как убедился даос, Чэнь Шубао и в подметки не годился Ян Цзяню. Север вовсю готовился к войне: Ян Цзянь стремился утихомирить тюрок, успокоить народ и укрепить собственную власть, а Чэнь Шубао тем временем даже не отправился подавлять мятеж, вместо того занявшись поисками пилюли бессмертия. Если так пойдет и дальше, недолго ждать, когда противостояние севера и юга разрешится само собой.

Пока государь беседовал с Шэнь Цяо так, словно в зале, кроме них, никого не было, остальные монахи, которым не терпелось проявить себя, извелись от ожидания и теперь наперебой принялись одни – восхвалять императора и упрекать Шэнь Цяо в пренебрежении его милостью, другие – нахваливать собственное искусство, дабы показаться могущественнее пришлого даоса.

— А-Цяо, теперь понимаешь, почему я не возлагал на южную династию особых надежд? – вдруг насмешливо поинтересовался Янь Уши.

Но Шэнь Цяо не успел ничего ответить – вместо него заговорил другой человек:

— Я и не знала, что нас почтили своим присутствием глава Янь и совершенномудрый Шэнь. Простите, что не оказала вам должного приема.