Онлайн книга «Искатель, 2012 № 12»
|
— Понятно! Так, ты давай поквартирный заканчивай, да объяснений пяток еще собери. А я тут проскочу в один адрес... — не дослушав старуху до конца, сказал молодому оперу его, по-видимому, старший и более опытный товарищ, облаченный в строгий серый костюм, и даже при галстуке. — А из этой квартиры где жильцы? — повернулся он к женщине. — Так они же уехали. Недели две уж, скоро и назад будут! Семеновы каждый год в это время на моря ездят. Сынишка их легкими мается, так доктора и приписали ему... В этот момент за обитой черным дерматином мрачной дверью послышались тяжелые шаги, и на пороге показалась грузная фигура. Два дюжих санитара, от которых на несколько метров разило перегаром, чертыхаясь и тихо матерясь, вытащили в узкий проем длинные носилки, на которых, прикрытое серой казенной простыней с большим кровавым пятном спереди, вытянулось тело самоубийцы. Стоявшая на площадке старушка охнула и, прикрыв рот сухой ладошкой, боязливо уставилась на страшный груз. Проводивший носилки до дверей, пожилой толстый следователь, откашлявшись в неопрятного вида платок и спрятав его в карман, приподнял край простыни. В свете зарождающегося дня тускло блеснул безжизненный мутный глаз на перекошенном и залитом загустевшей уже черной кровью лице мертвеца. — Он? Сосед ваш? — спросил опер у старушки, но та уже, тихо взвизгнув, скрылась в своей квартире. — Никак не могу к этому привыкнуть... — пробормотал следак, поежившись, словно от холодного сквозняка, и, махнув рукой безразличным работникам труповозки, спросил опера в пиджаке: — Ну, что удалось выяснить? — Никто его здесь толком не знает. Появлялся эпизодически и исчезал, бывало, на несколько недель. Общаться ни с кем не общался, отношений с соседями не поддерживал. Его здесь знали как Андрея. Больше никто ничего не знает. Квартира куплена пару лет назад — пробьем в адресном, по-любому что-то выяснится! Работаем... — Ясно! — хмуро ответил следак и шагнул в открытую настежь дверь. — Осмотр заканчиваем, Иван Андреевич! — бодро доложил эксперт оперативно-следственной группы. — Тут, собственно, все ясно. Этот, по крайней мере, точно сам себя кончил! Выстрел в рот, оружие при покойнике, окна и двери на запоре. Суицид! Ранение у него было серьезное — в брюшную полость. С таким самому не выкарабкаться! А в больницу с огнестрелом никак нельзя, сразу же в милицию сообщат. Вот он себя и того... Синдром скорпиона! — Да, похоже, перед нами последний участник этой перестрелки! — насупленно пробормотал толком не проснувшийся еще следак. — Ох и денек же вчера выдался, мать его! Да и ночь хороша... — Даже без экспертизы могу уверенно сказать, что это именно его ствол в парке поработал! Да и в машине, что вчера в двух кварталах отсюда обнаружили, — убитый тоже из этого пистолета! — С чего это вдруг такая уверенность?! — следователь внимательно осматривал бедную обстановку квартиры, хранящую следы похожего на погром обыска. — А вот с чего! — Эксперт приподнял двумя пальцами упакованный в прозрачный полиэтилен пистолет необычного вида, со странно широкой рукояткой и несуразно большим окном выбрасывателя гильзы. — Уж больно пушка у покойника интересная, Иван Андреевич! Представить себе не могу, чтобы в одном месте и в одно время их оказалось целых две штуки! Это ведь знаменитый ПСС — специальное оружие, стреляющее бесшумным патроном! Которые, между прочим, тоже умудриться достать надо. Его в восьмидесятых еще в СССР разработали, для сотрудников КГБ и ГРУ, которые сами догадываетесь чем занимались... На Западе аналогов нет до сих пор, весьма редкая вещь и лично мне ни разу еще в криминальных делах не попадалась. В парке и в той машине стреляли именно из такого пистолета... Интересно только, где он его раздобыть сумел, если даже стреляные гильзы от этого ствола подлежали всегда строгому учету! — Он с явным интересом разглядывал потертую ствольную коробку редкого пистолета. |