Онлайн книга «Искатель, 2012 № 10»
|
Зайцев уже не успевал развернуться, пробежать к двери черного хода, открыть ее, спрятаться и закрыть... Ближе всего была добротная русская печь. Стараясь не разбить камеру, Лев вспорхнул на сундук и юркнул за занавеску... Он никак не мог вспомнить, как называется эта надпечная каморка размером чуть больше верхней полки в купе. «Не помним мы своих корней. Надо об этом передачу сделать...» На кирпичах с давно истертой побелкой лежал ароматный тулуп. Под потолком висели маленькие сухие веники из лесных трав. Кто собирал их и когда? Лев свернулся калачиком и затих, стараясь не дышать, не колыхать занавеску. Прямо под ним громко топали, двигали сундуки, скрипели, скрежетали. Все делали молча. Лев услышал лишь одну фразу с акцентом кавказской национальности: «Командир, ласты забыл... Держи, дорогой!» Потом что-то хлопнуло, опять послышался грохот задвигаемых сундуков и топот удаляющихся шагов. Лев выглянул, осмотрелся, затем спустился... Странная компания, уходя, не закрыла дверь. Он лег на пол, пополз и выглянул из-за печки: сразу за кухней в обе стороны шел коридор, а прямо напротив — дверь в гостиную с множеством кресел, диванов и столиков. Голоса были слышны, но никого видно не было... Значит, и его видно не будет. Работая локтями, Зайцев двинулся вперед, держа перед собой камеру, как оружие. Он и точно был похож на автоматчика, выползающего из окна. Вперед и налево! Там в конце коридора была еще одна открытая дверь. Зайцев вполз в столовую. Массивный стол на дюжину персон, казенный буфет из карельской березы и картина с медведями в лесу. Комната была проходная. Вторая, тоже открытая, дверь, вела в гостиную. Лев пополз под столом по ковру с куцым ворсом. Шторы в гостиной были задернуты. На полировке пустых книжных шкафов плясали блики от пышущего жаром камина. Зайцеву везло: четверо, находившиеся в комнате, стояли спиной к нему и сквозь просветы в шторах вели наблюдение за двориком и воротами. Соседний диван стоял углом, и за ним было очень уютное пространство. Лев вполз в гостиную и юркнул в пыльный закуток. Теперь из своего укрытия он мог с определенным риском снимать происходящее и совсем без риска слушать. Разговор был странный, не очень для Зайцева понятный. В другое время он быстро бы блокировал соображалку, переключив все силы только на две цели: получить сенсационные кадры и выжить. Тема разговора повторилась несколько раз. Двое похитителей с интонациями торговцев зеленью с Центрального рынка беспокоились по поводу порядка оплаты их труда. Успокаивал их Шишов: «Потерпите еще десять минут... Десять минут — и вы свое получите...» У Зайцева затекли конечности. Он не понимал, чего ждут похитители, почему не считают деньги, не отпускают заложников, где еще двое бандитов. И вообще — когда начнется штурм? В какой-то момент все засуетились... Шишов поставил похитителей в центре комнаты, отошел на несколько шагов, и вдруг в его руке появился пистолет... Шансов у бандитов не было: четыре выстрела — и по две дырки в груди у каждого... Самсонов рванулся к буфету, вытащил еще два пистолета и начал стрелять с двух рук по стенам. Все это Лев видел через глазок видеокамеры. Он поднялся во весь рост и снимал, снимал, снимал... «Эти кадры обойдут весь мир! Заложники освобождают себя сами... Журналист Зайцев проникает...» |