Книга Босс под полтос. Вместе из мести?, страница 68 – Виктория Волкова

Нормальный поворот, а?

— Ну, так Юля сыграет, Искандер Искандерович, – вздыхаю томно.

— Вот, садись уже, – Дася как-то странно помогает Курантову подняться. Тянет за шиворот, как игрушку.

Режик нелепо дергается, пытаясь вырваться. Садится, пристраивая тощий огузок на самый край стула.

— Ну что я могу сделать? Только вернись, Маргошечка! Я на все готов! – заламывает руки.

Ага. Ага.

— Тогда пишите под диктовку! – поднимается со своего места Лютов. Подходит почти вплотную. Нависает.

— Простите, а вы кто? – дергается Курантов.

Так и хочется сказать «Твоя совесть», но я прикидываюсь дохлой. Прикрываю веки.

— Это наш адвокат, – рыкает раздраженно Сомов. – Вот, пришлось вызвать, – крякает досадливо. – Будет представлять интересы Маргариты Николаевны…

— Где? В суде? – ойкает режик. Вжимает голову в плечи.

— До суда еще дожить надо, – философски заявляет Лютов. – Пока я готовлю заявление в трудовую инспекцию о недопустимом поведении администрации театра.

— Это все Киселев! Это он! – вскрикивает Саныч, как мальчик в детском саду.

— Также о травле известной оперной дивы выйдет ряд публикаций на федеральных каналах, – не обращая внимания на режика, продолжает Лютов. – Плюс жалоба в Министерство культуры…

— Что нужно написать? Я на все согласен. На все! Ради тебя, Маргарита! – подскочив с места, пафосно заявляет Курантов, а я лишь выдыхаю устало.

— Спасибо, СанСаныч…

— Поправляйся, душа моя, – прикладывается к ручке режик. – Я надеюсь, завтра сможем порепетировать… – улыбается на прощанье.

— Мы уже сегодня порепетировали, – обламывает его Дася. – Вон, не вступился никто. Хорошо, я рядом оказался. А то бы Сухонос придушил Марго прямо в кабинете. Мы можем подать заявление на покушение на убийство? – разворачивается к адвокату.

— Конечно, – кивает тот. – Обязательно подадим. И на должностных лиц театра в пособничестве…

— Что? – охает режик.

— Но вас, Искандер Искандерович, это не касается, – заверяет с лучезарной улыбкой Дася. – Тут вопросы к дирекции. Почему не вызвали охрану? Почему допустили избиение ведущей актрисы театра…

— Но никто никого не бил, – смотрит растерянно.

— В этом мы с вашей помощью разобрались, – кивает Лютов, демонстративно кладет в папку показания Саныча.

Тот открывает рот, пыхтя от возмущения. И тут же закрывает его.

— Маргарита пока на больничном. Под моим чутким присмотром, – выпроваживает гостя Богдан Олегович. – Вы пока там на кошечках тренируйтесь. Дива наша в глубоком смятении…

Мысленно закатываю глаза. Вот кто ему слова пишет?

Саныч пятится к выходу и напоследок вскрикивает, маша лапкой.

— Я Киселева приглашу?

— Куда это? – нависает над ним Дася. – Нет. Потом как-нибудь. Поздно уже. Маргарите Николаевне отдыхать пора. – Провожает до калитки и возвращается обратно за стол.

— Неделя у нас есть, – кивает наш адвокат.

— Я думаю, он Кисе ничего не скажет, – передергиваю плечами. – Знаю Саныча не первый год. Он будет петь о том, как уговаривал меня, и я согласилась работать под его великим началом, а о том, что сдал с потрохами Сухоноса, даже не обмолвится.

— А потом заявит, что это подделка? – криво усмехается Дася.

— Может, – кивает Лютов. – Но любая экспертиза докажет обратное. Он своей рукой писал.

— Да ну его, – решительно поднимаюсь с места. – Давайте посмотрим на архив. Думаю, там будет что-то интересное.