Книга Развод. Скажу спасибо, страница 76 – Оливия Туманова

Под ним - десятки комментариев.

«Если это правда, руководство должно разобраться».

«Вот почему у них постоянно путаница с бронями».

«Ходила туда на день рождения. Теперь даже неприятно».

«А причем здесь кафе? Личная жизнь сотрудницы никого не касается».

Я читаю строчки, и буквы начинают расплываться перед глазами. Телефон дрожит в руках.

Антон решил отнять у меня не только деньги. Он решил отнять мое имя.

Я застываю с телефоном в руках. Кажется, пока я читала пост, я совсем не дышала. С усилием выдыхаю и чувствую резкую боль: я так сильно прикусила внутреннюю сторону щеки, что во рту появился металлический привкус.

Оглядываюсь по сторонам, и мне кажется, что на меня все смотрят.

— Аня, зайди к Матвею, - говорит София, осторожно забирая у меня телефон.

Я киваю и на ватных ногах иду к кабинету своего начальника, уже зная: ничем хорошим этот разговор не закончится.

Не могу поверить, что Антон способен так поступить. Это низко. Так подло, что у меня снова наворачиваются слезы. Но я сдерживаюсь.

Стук в дверь кажется слишком громким.

— Войдите, - раздается из кабинета.

Я захожу и молча останавливаюсь перед столом Матвея. Он поднимает на меня глаза, и в них я вижу что-то похожее на боль. И жалость.

— Садись, Аня, - спокойно говорит он. - Я так понимаю, ситуация с бывшим мужем вышла из-под контроля?

— Матвей, я не знаю, что сказать… Я не понимаю, как он мог это сделать.

Голос звучит тихо и жалко. Я ненавижу себя за эту слабость, но сейчас не могу говорить иначе.

— Я в курсе, что вы с Ильей встречаетесь. Без подробностей, конечно. У меня есть правило: я не обсуждаю личную жизнь сотрудников. Илья говорил, что вы вместе.

Я молчу и нервно тереблю край рукава.

— Аня, я хорошо к тебе отношусь и ценю твою работу, - продолжает Матвей. - Но я должен думать и о репутации кафе. После такого поста мне придется отстранить тебя от работы.

Я поднимаю на него глаза.

— Что ты хочешь сказать?

Матвей отводит взгляд, будто ему самому неприятно произносить это вслух.

— В последнее время у тебя действительно были сложности: отмены бронирований, недопонимание с персоналом. Тебе лучше написать заявление по собственному желанию.

Я понимаю, что он намекает на Оксану. Но про отмены броней я слышу впервые. Но выяснять это сейчас у меня нет сил.

— Матвей, ты что, увольняешь меня?

— Мне бы очень не хотелось этого делать, Ань. Но, скорее всего, придется. Нам нужно написать опровержение в соцсетях, ответить на отзывы. Я очень долго работал над репутацией этого места и не могу рисковать всем из-за чужой семейной истории.

Слова ударяют сильнее, чем пост. Такое ощущение, что я теряю дар речи. Слезы снова подступают к глазам, но я держусь из последних сил.

Я просто киваю, встаю и выхожу из кабинета молча. Матвей окликает меня, но я уже не могу разговаривать с ним ни секунды. Мне нужно уйти.

Выйдя из кабинета, я направляюсь к туалету. Мне срочно нужно остаться одной, умыться холодной водой, собрать мысли, не разреветься посреди зала.

Но в этот момент слышу громкие голоса. Они доносятся от стойки. Резкие, возмущенные, совсем не похожи на обычный будничный шум кафе. Внутренний голос говорит, что это уже не мое дело. Но ноги сами несут меня в зал.

У стойки стоит маленькая рыжеволосая девушка. Она размахивает руками так активно, что ее кудри подпрыгивают при каждом движении, а огромный ярко-синий шарф сползает с плеча почти до пола.