Онлайн книга «Когда-нибудь мы просто будем»
|
Вито продолжал сидеть, глядя перед собой, не обращая внимания на телефон, который был уже не нужен. Этот маленький аппарат только что перевернул его жизнь с ног на голову. «Что делать? Как спасти Эмму? — лихорадочно метались мысли в голове Миллера. — Я не хочу, чтобы она умерла. Не могу допустить этого!» Он встал на ноги, но пол пошатнулся под ним, показалось, что вот-вот лицо встретится с плиточным покрытием. Но нет, только показалось: Вито уверенно сделал первый шаг, вздохнул полной грудью и направился в ванную комнату. «Надеясь, холодный душ приведёт меня в нормальное состояние. А то даже сил не осталось поговорить с собой откровенно. Ледяная вода должна прогнать этот ледяной страх, чтобы я смог понять слова, сказанные Эммой… Она беременна. Она ждёт нашего малыша. Она счастлива. А я? А я ничего не чувствую, кроме ужаса. Но у меня ещё есть время, чтобы не дать ей умереть». Не помогла ему водная стужа, не сумел он увидеть Эмму беременной. Лишь представлялись ему страшные картинки прошлого: звонок из роддома, жуткие слова о смерти и кладбище, где навечно осталась его любовь. «Я не хочу, чтобы Эмма легла рядом с Кариной. Нет. Не бывать этому». Ещё не принятое решение, но уже сформировавшееся, стало последней мыслью, прежде чем Вито уснул в спальне, на том самом, почти чёрном постельном белье, которое так любила Эмма. Он не вздрагивал, дышал ровно, не видел снов, не слышал воя ветра за окном. Усталость и потрясение выбили из привычной колеи. Вито лежал на левом боку, лицом к той стороне, где обычно спала его любимая женщина. Та, которую он не мог потерять. Сколько длилась эта ночь, не знал. Не вспомнил бы, когда уснул. В кромешной темноте сознания вдруг показался тонкий светлый луч. Он медленно приближался, увеличивался, сопровождая своё появление невнятными звуками: спокойным разговором, смехом. Вито хотелось потереть глаза, чтобы разглядеть тех, кто всё еще не был чётко виден. Но он не мог поднять даже руку. Хотел позвать, спросить! Но язык не слушался, горло словно застыло в спазме. Как это бывало с ним и раньше, сон оказался сильнее. Оставалось только наблюдать и, возможно, постараться запомнить, чтобы утром понять, к чему… Сердце сделало кульбит и забилось в бешеной скачке. Перед Вито возник пляж с песком и травой. Длинный, чистый, пустой. Почти пустой. Два шезлонга с мягкими матрасами были заняты. Эмма, повзрослевшая, спокойная, что-то рассказывала светловолосому мальчику лет трёх. Позади неё сидела девочка, чуть постарше возрастом, чем её брат, и улыбалась, слушая свою маму. Светло-русые волосы, собранные в забавный хвостик, открывали черты лица девчушки. Вито отчётливо видел сходство её с собой и Эммой. «Это моя семья? Мои дети? Девочка и мальчик? А у их мамы на пальце тонкое колечко, обручальное. Она замужем за мной... Это сон! Это всего лишь сон! Они не видят меня. Но я их вижу! Они есть. Эмма жива! Она выглядит такой счастливой, умиротворённой… Жива!» Где-то высоко-высоко… будто с небес снова падал светлый луч, делая картинку ярче, оживляя её красками и чувствами. Потом всё исчезло. Послышался глубокий вздох. Вито не понимал, что это он сам. Ему казалось, что там был кто-то ещё. Он не хотел просыпаться, ждал… «Когда-нибудь мы обязательно будем, — послышался голос Карины, и она появилась перед ним на фоне дороги, словно зовущей его куда-то, уходившей вдаль между высокими елями. Его юная жена смотрела вперёд, не на него. — Мы все обязательно будем там. Вместе или нет, не имеет значения. Просто будем. Но это всё — потом. А сейчас тебе надо не просто быть. Надо сделать то, что мы не смогли тогда: стать без оглядки счастливым, растить детей, жить. Не ошибись, любимый». Девушка, смотревшая в сторону, вдруг медленно повернулась к нему. Его Карина. Жена. Любовь… Она растворялась в утреннем тумане того места, где высокие деревья и дальняя дорога. И почти исчезла! Но на её месте появилась Эмма, улыбавшаяся ему, смотревшая с бесконечной нежностью и верой. |