Книга Баллада о павших драконах, страница 366 – Сара А. Паркер

Она продолжала бранить труп, пока расстёгивала свою сумку, рылась мимо Книги Войд, завёрнутой в слой ткани, а затем вытащила свой флакон для связывания крови, открутив крышку, прежде чем отложить и то, и другое в сторону. Затем она подняла кинжал и отрубила кусок мёртвой плоти Аркина без единого вздрагивания от отвращения, бросив его в горлышко.

— Бережёного Бог бережёт, — огрызнулась она, пока флакон шипел и дымился, выдёргивая струйку мутно-розового дыма.

Закупорив флакон обратно, она накинула цепочку на шею, порылась в сумке, достала бутылку крепкого алкоголя и вылила прозрачную жидкость на мёртвого самца, на которого возлагала такие большие надежды.

Он владеет её сердцем. Её преданностью.

Всем.

Но нет ярости страшнее, чем у отвергнутой женщины.

Она закинула сумку на плечо и поднялась, вытащив серебряное огниво из подбитого мехом кармана.

— К несчастью для тебя, ты провалился. Теперь ты будешь коленопреклонен передо мной, — прошипела она, а затем щелкнула крышкой, открывая язычок пламени, отразившийся в её суровом взгляде.

Клод пискнула, метнувшись прочь.

Недостаточно быстро.

Огниво было брошено, и тело Аркина вспыхнуло в ущелье шипящего, брызжущего огня.

Серим наблюдала, как он горит с безопасного расстояния, ожидая, пока труп распадётся на пепел и угли. Ожидая, когда чудо, подарившее Аркину жизнь столько фаз назад, схватит его за глотку и превратит во что-то, что никогда больше не повернётся против неё.

Во что-то, что будет относиться к ней с неземной преданностью — именно так, как она того заслуживает.

Игнос бушевал, Клод визжала, пока за спиной Серим сквозь мрак спотыкался самец, шатаясь навстречу пламени и запаху горящей плоти. Статный, хоть и обветренный самец с небритой челюстью, белыми волосами, ясными синими глазами и окровавленной шкурой, накинутой на его широкие плечи. Защита от лютого холода и от мира, который выглядел совсем не так, как тогда, когда он в последний раз обозревал его со спины своего серебряного Мунплюма, паря между гор в одном строю со своей сестрой.

Серим повернулась, улыбаясь, когда встретилась с ним взглядом:

— А, я как раз надеялась найти тебя здесь.

Самец замер, его бледные брови сдвинулись в гримасе. Частично замешательство. Частично настороженность.

Недостаточно последнего.

— Я вас знаю? — спросил он, и его голос прозвучал глубоким рокотом; он провёл языком по сухим, потрескавшимся губам, пока его взгляд метнулся к языкам пламени. К горящему телу Аркина, шипевшему и брызгавшему жиром, выталкивавшему в небо дым с характерным запахом.

Голод, осознала Серим. Отчаянная разновидность, которая не разбирает средств. Верный признак того, что он брел по апокалиптическим равнинам, с трудом выживая и пытаясь сориентироваться.

— Пока ещё нет.

Пламя начало извиваться и вздыматься, биться вырвавшимся снопом алого оперения с золотистыми кончиками, от чего глаза самца округлились: до него постепенно доходило, что он наткнулся на нечто… необъяснимое.

Очень похожее на него самого.

— Одна особенная мискунн предположила, что ты можешь забрести в эту сторону, — произнесла Серим, роясь в своей сумке и доставая полоску вяленого мяса, завёрнутую в вощёную ткань. Она протянула её ему. Предложение пропитания, которое не заставит воскресшего принца ненавидеть себя позже. — Хедеон Неван.