Книга Видок 1-5, страница 289 – Григорий Шаргородский

На привал встали в небольшой рощице, когда взобравшееся в зенит солнце стало совсем уж немилосердным.

А у нас в Топинске весна прохладная и очень красивая. Уже скучаю.

О маскировке ракшас позаботился, наверняка ограбив какого-то крестьянина, а вот о еде как-то позабыл. Так что пообедали мы прохладной водой из ручейка. Из-за нервотрепки особого аппетита у меня не было. Ракшас даже после проделанного пути не выказывал ни усталости, ни голода, а вот Леонард явно страдал от недоедания и жалостливо пялился мне в глаза. Затем он вспомнил, что является хищником, и скрылся в кустах.

Отдых протекал в полном молчании, которое я и решился нарушить:

— Я — Игнат. Ты?

— Чао Шен.

Если ничего не путаю, имена у них идут вторыми.

— Шен, ты хоть знаешь, что нам дальше делать?

Я не особо надеялся на ответ и спрашивал скорее сам себя, чем своего китайского собеседника, но парень оказался довольно сообразительным.

— Дезать? — порывшись в разговорнике, переспросил он и тут же добавил: — Учитель знать. Я, ты — дезать.

Ну и ладненько, раз его учитель такой умный, значит, ему и отдадим бразды правления в этой авантюре.

Вторая половина дня прошла без проблем — нас даже не остановили, когда мы оказались на окраинах Пекина. Здесь Шен чувствовал себя как рыба в воде, и мы быстро добрались до заброшенного на вид дома. Внутри действительно оказалось довольно пыльно, но это и успокаивало — если долгие годы это здание не интересовало никого из местных обывателей, возможно, так будет и дальше.

— Ты сидеть тут. Тихо, — приказал не отличающийся разнообразием в выражениях ракшас и покинул старый дом.

Зато в него тут же вошел Лео, который еще с обеденного привала где-то пропадал. Выглядел он сытым, но не очень довольным. Конечно, крысы и всякие хомяки — это не разносолы сначала от корабельного кока, а затем посольского повара.

Как бы то ни было, рядом с котом мне было намного спокойнее, так что я нашел место почище и уснул.

Хвостатый напарник оправдал возложенные на него надежды и разбудил меня еще до того, как мои старые знакомые подошли к двери дома. Теперь на седоусом учителе и упитанном переводчике масок не было. Это могло говорить как о том, что теперь мы действительно в одной лодке и вынуждены доверять друг другу, так и о намерении заговорщиков просто прирезать меня после дела.

— Мой господин рад снова вас видеть, уважаемый, — поклонился мне толстяк, у которого оказалось вполне приятное и располагающее лицо.

— А уж я-то как рад! — Моя попытка скрыть сарказм оказалась не очень успешной.

— Теперь мы можем обойтись без лишних тайн и представиться, — продолжил пока безымянный переводчик, но этот недостаток он собирался исправить сию же минуту. — Меня зовут Тань Вейдун.

— Рад знакомству, господин Тань. Как мне обращаться к вашему начальнику?

— Так же, как это делаем мы. Называйте его Учитель. Он достоин этого звания.

Ну, Учитель так Учитель. Раскрывать свое имя старик явно не намерен, и, если честно, меня это скорее радовало, чем огорчало. Только интересно, чему же учит этот дядька?

Ответ на этот вопрос, точнее намек на ответ, был дан практически сразу.

Предупредив меня о появлении гостей, Леонард рванул куда-то на стропила и сидел там тише мыши. Но от внимания старика он не ускользнул. Пока мы с переводчиком обменивались любезностями, Учитель сверлил взглядом дырку где-то в крыше помещения, точнее там, где засел кот.