Книга Видок 1-5, страница 317 – Григорий Шаргородский

— Связать, — инстинктивно открестился матрос от обвинения в душегубстве.

— Три шага назад, оба, — добавил я в голос металла. — Елизар, на колени, руки за голову.

Было видно, что перепады в моем настроении беспокоили матроса даже больше револьверов. Чего я и добивался. Елизар послушно отошел на три шага. Встал на колени и завел руки за голову.

Мой приказ был продублирован свирепым шипением Лео.

— Вот и умница, — косясь на второго матроса, похвалил я Елизара, — так и стой. Услышу за спиной малейший шум — стреляю навскидку без предупреждения. А стрелять меня учил казацкий урядник, так что не промахнусь.

Елизар угрюмо кивнул.

— Теперь ты, любезный, — вернулся я ко второму матросу, у которого выдержки было явно меньше, чем у его товарища. — Веди-ка меня обратно к капитану.

Пока мы отсутствовали, ситуация на палубе немного изменилась — капитан поднялся на открытую часть мостика, а боцман руководил спуском шлюпки на воду.

Вот скоты! Шлюпка-то наверняка за покупателями снаряжается.

Выбрав меньшее из зол, я тычком револьвера направил своего проводника к подъему на мостик, но поднялся туда в одиночку, оставив матроса под присмотром Леонарда.

— Нехорошо, господин Красильников, я бы даже сказал — глупо.

— Что, как? — задергался капитан, увидев направленный на него револьвер.

— Сколько за меня пообещали люди Ихея?

— Какого Ихея?

— Господин Красильников, вы даже не представляете, что мне пришлось пережить за последние три дня. Поверьте, пристрелить вас мне сейчас все равно что высморкаться. Сколько?!

— Десять фунтов золота.

В голове суетливо замелькали цифры.

Ну вот зачем мне сейчас знать, сколько это будет в килограммах и рублях?!

Злость на себя явно отразилась на моем лице, заставив капитана испуганно сжаться.

К нему у меня вопросов больше не было, так что я подошел к перилам мостика:

— Боцман, свистать всех наверх!

Боцман и спускавшие шлюпку матросы замерли, но никто не спешил выполнять мои команды.

— Мне что, нужно пристрелить капитана, чтобы меня услышали?

Боцман все же сунул в рот дудку и выдал переливистый, но непонятный мне сигнал.

Увидев его колючий взгляд, я понял, что именно этот человек, окажись он слишком близко, не только разглядел бы в каморах барабана смолянистые катышки вместо пуль, но и нашел бы в себе силы, чтобы броситься на меня с кулаками.

Хорошо, что нас разделяют добрых двадцать метров, а через минуту я постараюсь изобрести против него средство посерьезнее нестреляющих пистолетов.

На носовой палубе перед мостиком начали собираться матросы и техперсонал в промасленных комбинезонах. Их оказалось больше дюжины. Я опять увидел обладателя красной морды, который на удивление оказался нормального телосложения. Состояние лица, скорее всего, обусловлено недавним запоем, в который он умудрился войти прямо в плавании.

Интересный тип, нужно его запомнить, но сейчас меня интересовали все матросы, так сказать, оптом.

— Что же вы, православные, решили продать единоверца нехристям?!

Матросы удивленно загудели. Есть один плюсик.

— Только коль уж поддались жадности, так можно было и головой хоть чуток подумать. Я ведь сюда от самого Пекина не сам добирался. В порту остались агенты Особой канцелярии. Так что если во Владивосток «Бекас» придет без меня, все вы дружной компанией отправитесь кто на каторгу, а кто и на виселицу.