Книга Видок 1-5, страница 549 – Григорий Шаргородский

Хуже всего были звонки всех моих знакомых в городе. Вот уж когда я возненавидел телефон всеми фибрами своей души. И ведь не отключишь, потому что не хочется пропустить ничего важного. В итоге на телефон был посажен старый оружейник, временами начинавший говорить с абонентами отборным матом. И мне кажется, ему это даже понравилось.

Жаль, что не всех можно было послать по матушке. Наш чугунный колобок решил срочно созвать собрание, так сказать, контрреволюционеров. И вот эта контра вымотала мне душу, выпила все соки и измочалила нервы. Чего только не пришлось выслушать — начиная от обвинений в бездарности и несоответствии занимаемой должности, заканчивая намеками на личное участие в сатанинской секте. В принципе всех их можно было бы проигнорировать, а то и вообще послать по матушке. Особенно сородичей воздыхателей ведьмы, но вот с Бабичем приходилось вести себя крайне осторожно.

С каждым проходящим часом мое молчание все больше можно было расценивать как злой умысел в отношении судьи. Если мы с Дмитрием Ивановичем не ошибаемся, прежде всего пострадает репутация Бабича. Уверен, он с этой напастью справится и размажет любителей запретных ритуалов тонким слоем, включая своего племянника, но потом за это придется кому-то заплатить. И мне очень не хочется оказаться козлом отпущения.

А если поделиться с союзником своими подозрениями, совсем не факт, что он попросту не отошлет племянника подальше, сорвав нам все планы.

К счастью, мои душевные терзания надолго не затянулись — маховик событий начал раскручиваться раньше, чем я успел измотать себя окончательно.

В тот момент дома из людей был только Корней Васильевич. Но оно и понятно, потому что сейчас гвардия Чижа занималась слежкой, так что и он был занят делом.

После ужина, дабы чуть ослабить нервное напряжение, я решил немного почитать, но это занятие было прервано телефонным звонком. Машинально глянув на часы и увидев, что они показывают без пятнадцати двенадцать, я ответил на звонок.

— Игнат Дормидонтович, у нас проблема. Осип пропал, — огорошил меня пугающим известием Бренников.

Внутри все похолодело. Как я ни пытался избавиться от факторов слабости, но до конца это не получилось. Конечно, неплохо обученный, битый жизнью парень — это не женщина с выводком детей, но все же.

Быстро собравшись, я первым делом пошел к баньке. Ведро стояло в нормальном положении, так что Мыкола был на месте.

Встав у порога, я тихо сказал:

— Ты мне нужен.

В ответ тут же скрипнула дверь.

— Я сейчас на базу отдела. Пойдешь улочками. Затаишься неподалеку. Не уверен, что смогу дать тебе дополнительные указания, так что следи за мной и вмешивайся, только если меня будут убивать.

Беззвучный кивок стал мне ответом.

Паромобиль запускали в четыре руки. От оружейника мое нервное состояние не укрылось, так что пришлось признаваться. Корней Васильевич хоть и крепкий старик, но и его проняло. Чижа он давно считал собственным внуком и, пожалуй, привязан был к нему больше моего.

— Как только что-то узнаю, сразу позвоню. Ждите в кабинете, — принял я компромиссное решение.

По полуночным улицам Топинска я промчался с ветерком, напугав парочку припозднившихся гуляк.

Наша база напоминала разворошенный муравейник. Во дворе и у ограды на улице собралось как минимум два десятка оседланных лошадей. У крыльца скучала целая толпа казаков и троица наших малолетних агентов. Не размениваясь на приветствия, я быстро проскользнул внутрь здания.