Книга Видок 1-5, страница 684 – Григорий Шаргородский

Через пару секунд стало понятно, как они удерживали водолаза у дна, ведь даже совокупный вес Зоряна и трех русалок не мог дать такого эффекта. Как только Пахом предпринял еще одну попытку подъема, вокруг дерущихся тут же проявились в воде очертания десятка бестелесных русалок, и вся эта группа единым порывом сместилась вниз. Для не такой уж мощной лебедки это действительно запредельная нагрузка. Ну ничего, сейчас мы чуток подправим этот расклад, сразу зайдя с козырей.

Мне все же удалось быстро спуститься ко дну. Конечно, влетать в этот адский клубок я не стал, но, изменив траекторию спуска, пошел по кругу. Из размокшего, а потому легко разорвавшегося картонного цилиндра вслед за мной потянулся шлейф серебряной пыли.

Окружавшая меня вода завибрировала от беззвучного вопля страдающих энергентов. Мистический металл разъедал их силовую структуру, доставляя невыносимые страдания. Особенно это было видно по умертвиям — мертвая белесая плоть в местах касания серебра темнела и распадалась.

Русалки шарахнулись во все стороны, и, словно почувствовав это, Пахом еще раз запустил лебедку. Мне оставалось лишь вцепиться в изодранный комбинезон скафандра и использовать тело ведуна, как жутковатый, сочащийся кровью лифт. Одна из русалок-умертвий, явно пострадавшая меньше всего, рванула на меня и тут же влетела в серебристое облако, оставленное взмахом моей руки. Теперь она точно перешла в разряд наиболее пострадавших, что вылилось в еще один яростный удар ультразвуком и ее паническое бегство.

Все, серебро закончилось, но, если Чиж не будет тормозить, это не станет проблемой. Осип оказался оперативен и точен. Да и не только он. От люка вниз медленно оседало клубящееся в пузырях вырывавшегося из баллона воздуха серебристое облако. А еще у бортов катера в воду упали бутылки с разбитыми горлышками. Они словно рассерженные кальмары оставляли за собой синеватые шлейфы. Со стороны это, должно быть, выглядело потрясающе красиво, но в тот момент подобные красоты не волновали.

Наконец-то туша скафандра подтянулась к днищу катера и шлем уже исчез в люке. Чтобы не усложнять парням работу, я отцепился от ног Зоряна и напоследок осмотрелся. Вроде поблизости никого из русалок не было. Когда и стальные калоши исчезли из воды, я ухватился за края люка и резким рывком подтянулся, выплевывая загубник трубки, потому что срочно требовалось вдохнуть свежий воздух полной грудью. Только чудом мне удалось вовремя захлопнуть широко раскрытый для вдоха рот и не наглотаться всей той дряни, что вылил в воду Пахом. А все потому, что почти на середине рывка кто-то дернул меня обратно.

Вот теперь можно паниковать. Похоже, одна из русалок разозлилась так сильно, что, наплевав на страдания от серебра и колдовской алхимии, все же решила прикончить меня.

До паники не дошло лишь потому, что в воду со мной вошла половина туловища Чижа, который, словно клещ, вцепился в мои руки. Судя по тому, что парня не утащило в воду полностью, в катере разыгралась инсценировка сказки про деда и репку. Только в данном случае предмет приложения их сил держала не сыра земля, а кто-то более злобный и решительный.

Что именно сместило чашу весов в этом на пару секунд зависшем в мертвой точке противостоянии, я понял только через несколько секунд, когда вывалился на палубу измученной рыбой. Босые ноги красноречиво констатировали тот факт, что и ласты, и резиновые носки перешли в собственность русалки. А ведь она могла вцепиться не в ступни, а в лодыжки!