Книга Видок 1-5, страница 749 – Григорий Шаргородский

К счастью, договариваться об аудиенции не пришлось. Мы даже до крыльца не дошли, как на нем появился встревоженный шумом Засулич.

— Что стряслось, Игнат Дормидонтович? — спросил он у меня, а затем настороженно добавил, глядя на монаха: — Брат Иннокентий?

— Здрав будь, казаче, — прогудел монах, к этому времени совершенно успокоившись.

Характер у него явно взрывной, но и настолько же стремительно отходчивый. Впрочем, других на его работу не берут. Не заводись он с полупинка, может, и подумал бы, соваться ли в зубы какой-нибудь твари. А ведь этот сунется без единой лишней мысли.

— Вот этот беспокойный вьюнош хочет поведать нам страшную историю об одержимых и другой мерзкой нечисти, с которой всем верным сынам церкви нашей следует бороться, не щадя живота своего.

Экий он пафос нагнал, но почему же мне тогда слышится слабо прикрытая издевка?

— Если хочет поведать, то мы послушаем, — с неменьшим скепсисом в глазах отреагировал войсковой старшина. — Только не здесь, а у меня в каморке.

Рассевшись вокруг стола Засулича, мы немного помолчали: я — собираясь с мыслями, а казак на пару с монахом — сверля меня нетерпеливыми взглядами.

Ну что же, не вижу смысла темнить и юлить.

Мой рассказ был предельно откровенным и начинался с приезда в Иркутск. О том, чем именно меня заманили в эту заваруху, я скромно умолчал, а все касаемо дела выложил без утайки. Когда закончил, снова воцарилась гробовая тишина, теперь уже по инициативе старших товарищей.

Первым не выдержал войсковой старшина:

— И ты предлагаешь прихватить губернаторшу, опираясь токмо на твой бред, навеянный отравой выжившего из ума шамана? — Его прищур не обещал мне ничего хорошего. — А ежели все это действительно бред и она ни в чем не повинна?

Я уже начал подбирать ответ, но тут пришла помощь, как говорится, откуда не ждали.

— А ежели нет? — прогудел монах. — То, что творится в твоем городе, казаче, мне очень не нравится.

— Только не надо вешать всех собак на меня одного, — возмутился Засулич. — Я тут не самая большая шишка. Вы как хотите, господа борцы с нечистью, но мое дело — порядок блюсти.

— Так и нужно соблюсти порядок, — с легкой подначкой сказал я, за что удостоился свирепого взгляда.

— Ты, молодой, не умничай особо. Лучше скажи, как собираешься заявиться к губернатору и сообщить, что хочешь арестовать его жену.

— А не будет никакого ареста, — спокойно ответил я и, подавив желание выдержать театральную паузу, продолжил: — Уверен, что у капитана дирижабля «Буревестник», что мается в вашей припортовой гостинице, есть прямое предписание от наместника в случае опасности хватать губернаторшу в охапку и бешеным стрижом лететь в Иркутск.

— И ты хочешь отправить проблему прямо наместнику? — хмыкнул монах.

— Никуда она не полетит. Без своих рабов Злоба как без рук. Так что начнет выкручиваться. Мы, как и приказано наместником, применим силу к неразумной бабе, а она начнет швырять нами об стену. И вот тогда кое-какие скептики отбросят сомнения и возьмутся за дело.

— Обещаю, — изрек инквизитор с абсолютно серьезной миной на бородатой морде. — Ежели хрупкая женщина пробьет тобой стену, я тут же примусь изгонять из нее демонов.

— А раньше никак? — поддержал я эту странную игру.

— Раньше — никак, — все так же невозмутимо ответил монах.