Книга Озверение, страница 121 – Александр Изотов

Демон, кажется, начал догадываться, что именно я задумал. Белиар остался просвечивать края скал сканером на наличие слабых мест, а я неторопливой трусцой побежал вверх по склону. Довольно скоро я почуял то, на что мне уже намекнул пару раз ветер.

Сильная мера, шестнадцатая ступень животного, равная человеку второй ступени. Образы смазанные, тварь явно покрыта жёсткой щетинистой шерстью, в которой ветер просто вязнет. Но это достойный союзник… кхм… если только удастся его подманить, не умерев.

Ветер всё же принёс мне запах этого животного… Умпф! Не запах, а самую настоящую вонь! Я, зажав нос, попытался услышать ещё хоть какой-нибудь вариант, но быстро понял, что выбора нет — эта тварь прогнала с горы всех конкурентов. Я двинулся вверх, обходя потрёпанные толстые стволы деревьев. Уже привычным усилием воли начал сливаться со стихиями, пряча своё присутствие так старательно, как только мог.

До меня донёсся треск древесины, и вскоре, шагах в двадцати, я увидел источник звуков. Смотрел я боковым зрением, помня, что любой взгляд низшей меры высшая почувствует моментально.

Громадный кабан, в холке выше меня на две головы, тёрся боком о громадный валун. Рядом лежало поваленное размочаленное дерево, которое громадный хряк уже использовал в качестве чесалки. Из-под губ монстра торчали целые гроздья острых бивней, а на спине шерсть собиралась в самый настоящий гребень. Судя по глубоким отметинам на глыбе, бивни крошили камень как труху.

Сначала мне показалось, что будет отличной идеей оставить этого красавца как запасной козырь. Если звери всё же решат нас искать, и нападут на нас, прикрыться такой тушей будет лучшим вариантом. Ну, если она не захочет нас первыми убить.

Вот только, Марк, убивать тех зверей нельзя раньше времени. Ведь тогда ты не найдёшь Бертольда, и уж подавно Хильду… Думай, думай!

Вокруг стоял оглушительный треск, кабан очень увлёкся уничтожением гранитной глыбы, поэтому он даже не услышал, как я осторожно сорвал прямую тонкую веточку.

Обтесав её, я получил довольно ровную стрелу, острую с одной стороны. Правда, оперения у неё не было, но на таком расстоянии для владеющего магией воздуха лучника это мелочь.

Я аккуратно наколол ладонь лезвием, пустив каплю крови. И, стиснув зубы, мысленно выругался, потому что кабан тут же замер. Шумно потянул воздух мутировавшими ноздрями, возбуждённо засопев.

Дерьмо нулячье! Я лихорадочно обтёр кончиком самодельной стрелы ладонь, измазывая её в крови. Думал привязать пучок волос Белиара, но теперь уже просто прилепил его к древку, обмазав своей же кровью.

В этот момент кабан резко развернулся, раскрошив задницей угол валуна. И уставился горящими, налитыми кровью зрачками, прямо на меня, будто и не существовало зарослей, в который я скрывался. Он начал стремительно свирепеть, гневно повизгивая и срываясь на утробный хрюк.

Моё чувство опасности и так гремело, закладывая уши, но я, натянув тетиву, всё равно пустил стрелу. Заготовка свистнула, оставив в воздухе след из волос, и воткнулась прямо в ноздрю чудищу.

Горные окрестности едва не раскололись от истошного визга, и мои уши заложило так, что в глаза потемнело. А вот теперь… бежа-а-ать!!!

Я понёсся так быстро, как только мог, буквально вколачивая магию воздуха в мои ноги. Один прыжок за десять, скорость как у породистого скакуна! Но топот копыт позади необратимо настигал меня — чистая природная ярость была быстрее магии.