Онлайн книга «Возвышение»
|
Долго рассиживаться мне не дали. Заботливо обхватили ремнём шею, вздёрнули на ноги так, что я натужно захрипел, и быстро вернули на своё место — рядом с лошадью злого знахаря. Потирая шею, я продолжил идти, стараясь погасить чёрные мысли. Даже за это мне могло прилететь… — Это правая рука нашей благословенной и великой Матки, ты, кусок нуля! — прорычал сверху Кисляк, — Как ты смеешь открывать свой поганый рот, обращаясь к нему⁈ Я стиснул зубы, чтоб не огрызнуться. Марк, не тупи… Марк, здесь одно неосторожное слово может убить тебя! Давай уже, возвращайся в первушью колею… — Прошу прощения, господин, — тяжело дыша, ответил я. И дышал я так не от того, что мне только что прилетело, и меня чуть не придушили. Я буквально боролся с самим собой, чтобы не сорвать этого знахаря с лошади… У него на седле висел клинок в ножнах, на поясе нож. Навряд ли кто успеет его спасти… Ты — первуха, Марк! Первушник, мать твою первушью!!! Марк! — Ты, кусок нуля, запомни, — сказал Кисляк, — Я думаю, что тебя надо просто убить за то, что твой хозяин подстрелил Антея. Я считаю, что тебя надо убить, чтобы у нас не было потом проблем. Я знаю, что тебя надо прикончить за твою дерзость, потому что сумасшедшие двухи из Зиккурата совсем Неба не боятся, и готовят из вас воинов! Ты понял меня, стихушник⁈ — Вы очень мудры, господин зверь, — процедил я сквозь зубы, не поднимая глаз. — И живёшь ты, первуха, только благодаря милосердию мастера Мураша! Тебе это надо уяснить, когда ты в следующий раз посмеешь щурить свои наглые глазки, кусок нулячий! — Прошу вас передать, господин зверь, что я безмерно благодарен великому господину… — Ого, а ведь может быть нормальной первухой! — рассмеялся сотник, — Помнится, в прошлый раз слугу такого поймали, тот вообще ни бе ни ме. Так и повесили за ересь зиккуратовскую… — Да, этот сообразительный. Видимо, не так давно там оказался. Откуда ты, первуха? Я зажмурился. Ну вот, началось… Оракулов обманул, а вот по-настоящему проницательный ум уже не получится. Твою ж… И ведь отвечать надо так, чтобы не почуяли ложь. Вон, оракулы-то смотрят, я же чувствую копошение их вонючих щупалец в моих мозгах. Тут меня осенило. — Передайте великому господину, мастер зверь, что я из Червивых Гор, из селения Грызущих Кротов, — сказал я и задержал дыхания. — Охренеть, — только и вырвалось у сотника, — С востока⁈ — Храни нас Небо! Меня схватили за шкирку. Знахарь заставил меня поднять голову и долго смотрел в лицо… — То есть, ты с рудников? — Первушникам запрещено спускаться в рудники, господин. — Как ты здесь-то оказался? — Меня преподнесли в дар… — Кому? — Сначала великой и благородной стае Хохочущих Гиен, чтобы закрепить сотрудничество, — я старался говорить ровно, мысленно молясь Небу и Абсолюту, чтобы это всё сработало, — Затем они передали меня… кхм… господин, я не могу говорить о… — Твою ж мать! — тут сотник Мураш нервно махнул массивным копьём так, что свистнул воздух, — Он ведь про Настоятеля! Знахарь отпихнул меня и пренебрежительно вытер руку о штанину. — Я тоже слышал, что Настоятель даже Хохочущих Гиен подмял… Сколько Старших Стай остались верны приору, а? — Пока он так и будет мягким тюфяком… гм, Кисляк, ты этого не слышал! — Мастер Мураш, ветер в ушах что-то свистнул, я не разобрал… |