Книга Чёрный ратник 4, страница 89 – Макс Гато

— Мазь на рану, перевязать, — приказал я. — Дать ему восстановительное зелье.

Иван пришёл в движение ещё до того, как я закончил говорить.

Я посмотрел на Соловьёва.

— Помоги мне пройтись по тому, что здесь уцелело.

Никто не задал вопросов. Все принялись за дело.

Ярослава опустилась на корточки рядом с магом с той деловитостью, какая бывает у того, кто занимался полевой медициной ещё до войны. Она срезала пропитанную кровью ткань с его бока коротким лезвием и вдавила мазь Агаты прямо в рану двумя пальцами. Затем потянулась за перевязкой, которую Иван уже держал наготове.

Мазь пахла сосной и чем-то более кислым и резким. В последнее время нам не приходилось использовать мази Агаты. Но сегодня был другой случай. Эта мазь не исцеляла, но могла закрыть даже страшные раны и выиграть время. Иван осторожно и умело влил зелье лечения в рот бессознательного мага.

Я же с Соловьёвым уже приступил к осмотру зала. Зал принял серьёзный урон. Бой мага с ковенским отрядом опрокинул или уничтожил большую часть мебели, сбил полки со стен и вызвал пожар. Ненадолго, прежде чем какое-то заклинание или зачарование, встроенное Ковеном в зал, не подавило пламя.

Под ногами хрустело битое стекло. Сапоги вымазались в пепле.

Я начал с полок ближе всех к двери и двигался внутрь. Большая часть того, что было здесь, оказалась уничтожена. Содержимое стеклянных флаконов и банок растекалось по полу лужицами, рукописи были слишком обожжены, чтобы их спасти, повсюду были разбросаны обрывки и страницы.

Я собрал всё, что ещё выглядело более-менее связным. Нашёл пачку страниц, уцелевших под опрокинутым шкафом. Края бумаги обуглились, но текст был цел. Еще переплетённый блокнот, промокший от какого-то зеленоватого зелья, но оставшийся читаемым даже сквозь пятна. И с десяток разрозненных листов, покрытых диаграммами.

— Командир! — бодро позвал меня Соловьёв.

Когда я подошел, он улыбался, несмотря на усталость. Он нашёл запертую шкатулку у дальней стены комнаты, спрятанную под рухнувший стеллаж так, будто кто-то намеренно положил шкатулку туда. Она была металлической, размером с толстую книгу, с обережным замком на лицевой стороне.

Замок не поддался сходу. Я пробовал вскрыть его пару раз, но остановился. Что бы ни было внутри, силовое вскрытие могло повредить или уничтожить содержимое. Да и времени на взлом не было. Я убрал шкатулку к бумагам и документам в сумку.

— Молодец, — быстро похвалил я Соловьёва.

Затем развернулся и зашагал к остальным. Мой сапог ударился во что-то на полу и я чуть не потерял равновесие и сам не упал.

Сзади раздался короткий смешок Соловьева. Я больше для виду грозно посмотрел на него, и лучник только отвел взгляд, прикрывая рот ладонью.

Я пригляделся на пол. Между двумя коврами застрял маленький кожаный футляр, потёртый и старый. Обычно такие использовали для обмена письмами. Я взял его и, не открывая, положил ко всему остальному.

Ярослава и Иван в это время уже достаточно стабилизировали мага, чтобы его можно было переместить. Его дыхание выровнялось, рана была перевязана, и зелье лечения даже вернула немного цвета в его мертвенно бледное лицо. Резервы маны были всё ещё критически низкие, но не на нуле.

— Свяжите, — скомандовал я.

Иван с Ярославой принялись за дело и связали его руки и ноги.