Книга Чёрный ратник 4, страница 94 – Макс Гато

Пламя лампы шевельнулось от сквозняка откуда-то, и на мгновение тени комнаты перестроились на стене позади мага.

— Почему я должен тебе верить? — безразлично спросил я. — Ты перебежчик, продался мятежникам и работал на Ковен.

— Неправда! — громко выпалил Зарецкий.

Я только махнул ладонью, предлагая ему продолжать.

— Имперская магическая администрация аннулировала квалификацию моего ученика на основании опасности нестабильной маны. Теоретической и недоказанной опасности. Магическая квалификация это не просто обязанность, но и большое количество привилегий, — Зарецкий сделал паузу и вздохнул. — Без неё…

— Очень трогательно, — холодно проговорил я. — Мы поедем в Ярмут на рассвете, будь готов.

— Подождите! — с паникой в голосе отозвался Константин. — Стойте. Ладно. Если не найти лабораторию, то Орден проиграет войну.

— Уже слышал, — ответил я и поднялся на ноги.

— Стойте. Пожалуйста, — Константин тяжело задышал. — Если вы отвезёте меня в Ярмут, то всё, что я знаю вытянет Орден.

— И? — спросил я, но не сдвинулся с места.

Константин судорожно соображал. Его глаза забегали из стороны в сторону в поисках ответа.

— Мой Обет… — сквозь силу произнес он, — связан… с лабораторией. Если уничтожить её…

Из его носа потекла струйка крови.

— Спадёт и Обет, — вместо него закончил я. — Зачем это мне?

— Я дам слово, — глухо произнес Константин.

— Слово перебежчика не стоит ни гроша, — сурово отозвался я.

Маг открыл было рот, чтобы ответить, но ничего не сказал. Просто замер и смотрел на меня исподлобья.

Я стоял и ждал. Через несколько долгих минут Константин тихо произнёс:

— Я ошибся. Сильно. И хочу отправиться на восток, чтобы исправить ошибку. Не думал я, что выйдет вот так.

Я сделал шаг ближе и присел на корточки перед магом.

— Мне плевать, чего ты хочешь, — я поставил его перед фактом. — Ты дашь слово, заверишь его собственной магией. И будешь служить. Не Ордену, не Империи, а мне. Лично.

Я принял решение где-то по ходу разговора. Исследователь ранга Волхв, способный одолеть пол десятка магов в ограниченном пространстве — это не просто редкость. Это диковинка.

— Ты дашь слово и поставишь на кон свою магию, — я постучал пальцем по лбу Константина. — Всю до последней капли.

Он так и лежал — бледный, с широко распахнутыми глазами. Но что-то в его взгляде изменилось. Он хорошо понимал, что у него было всего два выхода — служить мне или сгнить в застенках.

— Хорошо, — хрипло произнес он и облизал губы.

Я дал Константину миг, чтобы собраться с мыслями. А затем остатки его маны пришли в движение. Их было достаточно, чтобы заверить его слово.

— Я, Константин Зарецкий, — сказал он, голос твердел с каждым словом, — даю слово Волку Тиму и тому имени, которое стоит за его рангом. Всё раскрытое мной — истина, в меру моего знания и понимания. Все указания, что я дам — верны. Клянусь служить Волку Тиму лично, пока он не решит иначе. Нарушу любое из условий — пусть матерь-магия возьмёт свою цену!

Я выплеснул немного ауры наружу. Мана Константина засветилась и облаком хлынула наружу. А затем сформировала причудливый светящийся узор и устремилась обратно к нему. Он захрипел и воздух вокруг затрещал. Но через несколько мгновений все было кончено. Магия приняла слово.

Если он нарушит обещание, то ценой окажется именно магия. Притом потеря магии полностью ничем хорошим для носителя не заканчивается.