Книга Клинков. Последний хаосит 6, страница 69 – Максим Мамаев, Макс Гато

— Моё, — хищно прохрипел я.

Всё вокруг исчезло. Осталась только темнота и Сердце, пульсирующее прямо в моих руках. Я потянул его на себя, но на этот раз по-другому, не стараясь перекачать его силу.

Воздух вокруг меня затрещал, хаос вспыхнул, тело обдало жаром, мышцы свело. Но я лишь расплылся в улыбке. Сердце хаоса сжималось и сжималось до тех пор, пока не стало настолько сконцентрированным и податливым, что я превратил его в часть себя самого.

Перед глазами пробежал веер черных точек. Я тяжело дышал. От тела валили клубы пара, во рту был железный привкус, а в висках пульс бил набатом. Вот только в такт ему, где-то внутри, прямо в моей груди, билась новая сила — второе ядро, подчинённое мной. Сердце рода. Оно пульсировало в такт с моим собственным и каждый удар отдавался эхом по моим каналам.

Гул ритуала затих. Моя кожа покрылась тонкими трещинами, по ним струился фиолетовый свет. Но боль ушла. Осталась только сила — чистая, голая и первозданная. Я поднял голову и обернулся.

Хаос вокруг задрожал, как зверь перед хозяином.

Я увидел сотни глаз в туннеле и заглянул прямо в них. Голодные монстры замерли передо мной. Вспыхнула стена Воздушного барьера, но она тут же погасла. Я сделал шаг вперёд. Один, а затем и второй.

Рома вздрогнул. Аскольд медленно, устало поднялся с земли и оперся на саблю.

Я же вышел вперёд и замер прямо перед чёрной волной в тоннеле. Я чувствовал, что там, где мы совсем недавно спускались, кишили монстры. Сотни, тысячи теней и призраков прошлого.

Одних сюда приманил хаос и магия, другие просто не смогли найти покой. Их шепот сливался в один протяжный стон. В нём не было злобы, лишь отгласы бесконечной тоски. Это была не просто орда, это было кладбище забытых душ, поднятое моим ритуалом.

Я вытянул руку вперёд и сжал пальцы перед собой.

Вокруг стояла абсолютная, звенящая тишина. И в ней раздался один-единственный звук.

— Щёлк!

Взрывная волна чистого хаоса беззвучно сорвалась с моих пальцев. Она мгновенно накрыла монстров в туннеле и понеслась вверх, в особняк. Монстры рассыпались в пыль и растворились в вихре чистого хаоса, словно никогда и не существовали.

Одно мгновение и лишь мы втроём остались единственными живыми существами на территории Клинковых.

Тишина, наступившая после щелчка, была оглушительной. Она звенела в ушах тяжелее любого грома. Пыль от теней медленно оседала.

Рома тяжело плюхнулся на пол, прислонившись спиной к груде камней. Его лицо было мертвенно-бледным, а из носа и уголков губ сочилась кровь.

Аскольд опирался на саблю.

— Твою мать, — выругался он, когда клинок соскользнул и он чуть не упал на пол.

Его доспех был изрезан когтями, из-под наручей сочилась тёмная кровь. Он обернулся и устало посмотрел на меня и Рому.

Я подошёл к магу первым. Не сказал ни слова, просто опустился на корточки и помог ему встать. Мантия Ромы была потрёпана, под ней виднелись мелкие раны и порезы.

Рома вздрогнул и поднялся на ноги, оперевшись на моё плечо.

— Пора наверх, — прохрипел я.

И мы втроём, израненные и уставшие, двинулись прочь из зала, где покоилось Сердце рода.

С каждым шагом вверх по разрушенной лестнице мир вокруг менялся. Гнетущая, враждебная атмосфера исчезла, её сменила пустота. Воздух больше не был спёртым, теперь он был свежим и холодным. Монстры пробили лаз там, где раньше был замурованный вход в эту тайную секцию особняка. Более того, они снесли часть стены и крыши.