Книга Путь трёх совершенствований. Том 5, страница 72 – Дмитрий Крам

— Ах да, — смутился адвокат. — Пилота самолёта. Нда. Не каждый день с таким сталкиваешься. Что я говорил?

— Линия обвинения.

— Да. Точно. Линия обвинения будет настаивать, что он контактировал с вами последним. Тут пояснять не надо, что это пожизненное, «турьма», как говорил мой дед. Но в вашем случае следственный изолятор и почти наверняка отработка. Самые ужасные направления, учитывая ваш опыт, вами начнут затыкать все дыры, а если вспомнить Ликтора, нет сомнений, что таки заткнут с концами. Далее очень плохой эпизод с Линдой. Вы ещё и сознались, но это ничего, это мы потом будем отрицать, скажете, что подтвердили под давлением, плюс они процедуру нарушили, так что, может, мы, вообще, сторгуем замену показаний без фиксации оной. Тут мы даже можем попытаться соскочить с уголовки, учитывая все заслуги, так сказать, и показания свидетелей. Тут, в отличие от первого эпизода, слова Элен только в плюс. Кстати, можно попробовать и от первой части, от убийства пилота, отбрехаться, если лекарь изменит свои показания.

— Как изменит?

— Ну легко. Отменит свои слова о том, что пилот был убит посредством отравления. Тогда вас в этом уже не обвинят. Всё это станет обычной катастрофой. Ну это мы потом отдельно с госпожой Маверик обсудим. Едем дальше, дело в том, что на вас всех собак будут пытаться спустить, в том числе и даже убийство часовых у недорытой хоббичьей норы. И найдутся свидетели, которые подтвердят ваш несуществующий конфликт. Но более тяжелое это, конечно, убийство Тадеуша. Дело в том, что вы сами как бы спровоцировали его в лагере, сыграв сценку с Самантой.

— Да нет же! Они это обсуждали ещё после обыска в норе троллей!

— Это всё неважно для обвинения. И даже то, что он сокрыл пистолет и свою одарённость. Я уже говорил с его психологом, и эта прекраснейшая во всех смыслах мадам уже пообщалась с ищущими и передала им весь расклад. Тадеуша признают невменяемым.

— Да как они могут его таким признать?

— По её записям и опосредованно, так сказать, дистанционно, по имеющимся свидетельствам. А вам, по сути, припишут убийство не совсем дееспособного. Но и это не самый тяжкий эпизод. Хуже всего с пилотом, со вторым. Они регулярно проходят медосвидетельствование и беседует с врачом перед вылетом. Ну не знаю, кстати, беседуют или нет, отметка в журнале во всяком случае стоит. Вот тут я пока нахожусь в неком тупике, пока не знаю, как выпутаться. Ликтор будет отрицать, что стрелял. А с его связями, я думаю, имеющуюся запись со второй вертушки почистят, и там будете только вы с пистолетом. Но ещё ничего не потерянно. На нашей стороне поддержка общественности, ваши друзья не последние люди, точнее, родители некоторых из них имеют вес.

— От меня что требуется?

— Для начала рассказать всё. Я понимаю, что вы там им врали нещадно местами. Они, вас, кстати, ещё на детекторе лжи не гоняли? Нет? Ещё впереди. Хотя зачем это надо, если учесть, что ментат и так всё чувствовал, не знаю. Но вроде как третий голос — голос прибора, беспристрастный.

— С чего начать?

— С заключения договора.

— У меня как бы нет денег.

— Господин Богданов, само участие в этом процессе для меня всё окупит, это раз. И мне уже заплатили, это два, — довольно заявил он. — Первый раз у меня было такое, чтобы столько людей пришло. Моя приёмная стала невероятно тесной. Вы меня не знаете, хотя я порой мелькаю на городских билбордах. Но будьте уверены, мы поборемся. Лео Шуббарт — это Имя в юриспруденции. Ну хотя вру, Лео не очень, а вот Шуббарт, всё же знак качества, династический. Но после этого дела я, может, и дотянусь до славы своего отца. Впрочем, отвлеклись. Рекламные слоганы про меня, вы и в кабинете у меня начитаетесь при следующей встрече.