Книга Путь трёх совершенствований. Том 4, страница 145 – Дмитрий Крам

— За Ниэлллорию! За алури! — услышали мы последний клич лорда.

Я обернулся назад. Кабина с хоббитами нагоняла нас. Я подошёл к рычагу, но он заклинил, не хотел ещё больше ослаблять тормозные ролики, чтобы мы ускорились. Я вдарил по нему со всей силы ногой, и рычаг резко с опасным хрустом провалился вперёд.

Кабина заскользила в два раза быстрее, меня швырнуло спиной в борт, в меня с хохотом прилетел Погром.

— Чё ты ржёшь? — поморщился я, ставя парня на ноги. Он подпрыгнул, уцепился за край и подтянулся, зацепившись локтями. Волосы его развивались на встречном ветру. Он обернулся, сияя белозубой улыбкой и снова так живо напомнив Пашку.

Я поднялся и посмотрел назад. Полурослики стремительно нас нагоняли. Похоже, у них ещё и суммарный вес больше нашего. Сколько же их туда набилось?

И снова болты и стрелы застучали в борт, пришлось пригнуться.

— Руана, есть разрывные накончники?

— Один остался, думаю, приберечь.

— Правильно думаешь. Огненные?

— Да.

— Давай. Жги!

Я взял щит, прикрыл её, и мы вместе поднялись. Девушка прицелилась, под стук стрел по доскам щита. Вот нервы стальные. Даже не вздрогнула и не моргнула.

Арбалет щёлкнул как-то особенно звонко. Горящий болт врезался в хоббичью кабину, и зачарование распалило огонь. Он вгрызся в доски, гонимый потоками встречного ветра словно кнутом надзирателя, огонёк пригибался к самым доскам, но грыз высушенное до предела дерево, грыз остервенело.

Хоббиты заметили пожар. Стали пытаться стесать верхний слой топорами, но не очень хорошо получалось. Ещё один огненный болт воткнулся в борт. И тогда полурослики стали ломать доски изнутри, а часть из них пошла на отчаянный шаг.

Я и Руана пытались их зацепить на дистанции, но и они отстреливались неплохо.

Под прикрытием товарищей, один их хоббитов вшагнул ногой в рукоять щита, его подкинули, он перехватился ремнём за трос, и его катнули. Я принялся палить, пытаясь сбить противинка. Но он вращал ногами, ловя стрелы и болты на щит.

И тут сзади хлопнула рогатка. Мензурка ударилась о щит полурослика, и он, обожжённый разлетевшейся кислотой, отпустился и улетел в пропасть.

Следом за ним к нам неслись уже другие. Вот ведь циркачи.

В руку скользнул кинжал, ибо с мечом в узкой кабинке не размахнуться. Я отразил брошенный в лицо щит и принял прыгнувшего полурослика на клинок. Только вот он был в кольчуге, лезвие проскользило по кольцам. Хоббит ударил меня в нос и ткнул пальцем в глаз.

Я заорал от боли и впечатал его в борт. Схватил за грудки и стал поднимать, чтобы вышвырнуть за борт. Он успел выхватить нож и всадить мне руку. Хватка разжалась, и мелкий гадёныш полетел.

Я обернулся к своим. Руана своими когтями затащила эту схватку. Три полурослика валялись на полу, остальные, видимо, улетели. Барти протёр рукавом залитое кровью лицо, стальные перчатки тоже все были в крови.

Кафьян устало выдохнул, опускаясь на одно колено, он закрыл собой детей и на стальных вставках его камзола теперь было множество царапин и вмятин.

— Все целы? — спросил я.

Четыре детских личика выглянули из-за ног старика. И я улыбнулся.

Мы вышвырнули тела за борт.

Вторая кабина всё ещё неслась за нами, только уже пустая. А далеко позади за ней была и третья. Вот ведь настырные.

— Руана, я отсюда вижу рычаг в той кабине. Сможешь попасть по нему и переключить?