Книга Путь трёх совершенствований. Том 4, страница 159 – Дмитрий Крам

— Сделаем привал. А ты землей сотри этот кошмар.

— Его тут ранили? — спросила Мэй, осматривая всё вокруг.

— Скорее оступился, и открылся шов, — сказал я. — Тут подъём крутой, а тогда ещё влажная дорога могла быть. Вот он и наваял, чтоб краска зря не пропадала.

Частички земли повинуясь воли стихийника закружили хоровод на камне, полируя его.

Мы немного попили воды и пошли дальше.

— Чувствую эманации гоблина, — спустя пару привалов сказала Мэй. — Я его помню. Уже ощущала. В тот раз, когда ты меня проверял. Тот же самый.

— Хм. Видимо, встал на след Тадеуша. Идём. Интересно, чем этот блокбастер кончился. Надеюсь, наш изгнанник ещё жив.

История, рассказанная в следах, помогала идти. Ребята двигались от отпечатка к отпечатку, потому маршрут не казался таким длинным.

Мы добрались до точки, где я ночевал с девчонками в прошлый раз. Тьма нагнала нас как-то быстро.

— С этого камня завтра увидим шар, и на рассвете отправимся дальше, — пояснил я.

Мы зашли в наше старое укрытие. Под сколотый плоский камень, который образовывал как бы навес.

— Тадеуш был здесь, — присел я, разглядывая землю. — Углей стало больше.

— Он нам кое-что оставил, — сказала Бета снаружи.

Я подошёл. Обложенная камнями здесь лежала пара охапок хвороста.

— Это он так вину пытается загладить? — удивилась батарейка.

— Не думаю, что ему есть до нас дело, — заметил я. — Это всё для одного единственного зрителя. Саманты.

— Так пусть посмотрит, — пожала плечами девушка. — Мы новый хворост насобираем.

— Ещё чего. Тьма уже за жопу кусит с минуты на минуту. Берите хворост и разводите огонь.

Мэй зависла за камнем.

— В чём дело, — спросил я, подходя.

Тут, за нашим каменным навесом, имелись два пятна крови.

— Гоблинская и человеческая кровь, — пояснила девушка.

— Старый гоблин всё же не выдержал и решил попытать удачу.

Я вернулся к укрытию. Ну да. В самом углу лежал обломанный каменный нож, на стене имелась засечка от когтей. В случае смертельной опасности Тадеуш смог обернуться.

Но и крови гоблина больше нигде не было. Интересно, удрал ли старик.

— Что ж, судьбу их мы узнаем завтра. А сейчас сон. Нас четверо, будем дежурить по полтора часа. Моя смена последняя, предрассветная.

Я улёгся. Сон не шёл. Всё думал, кто же из наших забеременел.

Едва оказался в Пути, как увидел летящего на меня Михаила.

— У тебя проблема, Анд! — вцепился мне в плечи наставник, пристально глядя в глаза. — Дошёл слух, что некоторые тёмные пилигримы пришли в ярость от твоей выходки со спасением алари. Они десятилетия пытались их уничтожить, и, казалось, всё предусмотрели, на пятом и шестом осколке они лично стерегли портальные плиты, но ты обрушил все их планы.

— Я предполагал, что могу их там увидеть. Хотел сразиться с ними, но не получилось.

— Ты не понимаешь! — всплеснул руками учитель, говорил он куда быстрее и громче обычно. — Думаю, на тебя объявят охоту. За твою голову, скорее всего, назначат награду, сочинят легенду, про то, что ты злостный убийца пилигримов и множество простых путников ополчатся против тебя. Ты слишком рано поставил своё имя на карту, — обречённо произнёс он и уставился в чёрную пустоту, стоя боком ко мне. Михаил был просто разбит. Я никогда не видел его таким.

— Как они меня вычислят-то? — спросил я.