Книга Путь трёх совершенствований. Том 4, страница 184 – Дмитрий Крам

— Чего это вдруг?

— Я никому не говорил, но я приёмный. Мама и папа взяли меня, после того как в мои семь лет биологические родители погибли во время прорыва. Сейчас я живу в центре. Но я из гетто, Анд.

— Мы с тобой одной крови, значит, — улыбнулся я.

Я дождался, когда очередной шедший снизу поток ветра стихнет. Взял хвостовик и, прижимая его к склону, развернулся задницей к обрыву и стал тихонько двигаться приставным шагом. Мбаку шёл следом.

— Будешь улетать, кричи, — весело заявил он.

Я ускорился, прошёл, наверное, уже половину, когда услышал, как снизу снова летит ветер. Я вонзил меч в почву, схватившись как за поручень, и вжался в стену. Поток ветра словно гвоздодёром стал приподнимать хвостовик, я ощутил, как меня отталкивает в пропасть, сердце ухнуло в пятки, но кинетика Мбаку вдавила меня мордой в склон.

— Можно было и помягче, — сплёвывая землю, расплылся я в улыбке, когда опасность миновала.

С горем пополам, но всё же мы добрались. Я вручил хвостовик Ликтору и пошёл в начало колонны.

— Так, — сказал я. — Бета, ближе к Элен. Зоя, к Рин. Впереди тоннели гоблинов, но там властвуют не только они. Стройтесь в плотную колонну. Учитывайте, что, возможно, придётся вступить в бой. Давайте, как учили. Построение в тройку.

Слева от меня встала Аманда, справа Лапа.

— Шон, Лиза, Тор за нами. Шон если, что стреляешь огнём во тьму. Думаю, от таких спецэффектов местная публика обосрётся.

Все построились.

— Руку на плечо впереди стоящего. Вымеряли дистанцию. Пошли.

Это больше психологическая штука. Если за нами наблюдают, со стороны мы должны выглядеть вымуштрованным уверенным подразделением.

У нас было только два фонарика, плюс банка со светлячками и светозарный камень. И мы ещё заготовили факелы. Едва подошли к тоннелю, зажгли их.

В прошлый раз мы тут крались. Но теперь нас много. Можно уверенно шагать.

Мы шли пугающей огненной черепахой. Тени в свете факелов плясали страшный танец.

Один из гоблинов по привычке выскочил из бокового тоннеля, но от страха выронил ржавый меч. Развернулся. Ринулся обратно, ударившись плечом о стену, упал на четвереньки и так и драпанул.

В какой-то момент мы даже поймали ритм и пошли в ногу.

И другого тоннеля на встречу нам попался гном. Он, видимо, был глухой, иначе бы услышал нас. Рыжебородый крепыш вжался в стену выпучив глаза из-под кустистых бровей.

Ребята, кажется, прониклись моментом. Никто и слова не произнёс. Мрачной колонной мы шествовали так, словно отряд тёмных магов, идущих на ритуал.

Мы не останавливались поглазеть на трупы. Не нагибались за чьим-то оброненным в скоротечной битве оружием. Мы просто проходили по телам, разгоняли мрак и заставляли крыс и диких гоблинов прятаться по тёмным щелям.

Неожиданно тишина, разбавляемая лишь нашей ритмичной поступью и металлическим шелестом оружия взорвалась перезвоном мечей и криками. Громогласные заклятия прокатились по тоннелю перемежаемые рыком, шипение и урчанием.

— Вперёд! — скомандовал я. В такой ситуации нельзя сдавать назад, неизвестно удастся ли потом пройти.

Фонари разрезали тьму. В их лучах проступила типичная для этих мест картина. Отряд гоблинов нарвался на группу гномом. Бородачи были в меньшинстве, но подземные боги отмерили им больше мужества и сил.

— Шон, огонь по гоблинам!