Книга Путь трёх совершенствований. Том 3, страница 159 – Дмитрий Крам

Тварь ударила левой лапой. Размытый Рывок назад и сразу вперёд. Кулдауна-то теперь нет. Лёгкий наконечник вонзился в грудь монстра, да там и остался. Уклон! Когти распороли воздух.

Я извлёк меч из петли и тут же закрылся им.

Молниеносный удар хвоста по металлу оглушил. Вибрация очень жестко отыграла в руки. Я даже испугался, что меч лопнул, но нет. Просто очень хлёстко вышло. Химера трясла хвостом, кажется, повредила его. Ударила лапой по копью в груди, выворачивая его из раны. И тут же последовал новый взмах хвоста.

Я бросил меч навстречу и отсёк эту жопную булаву.

Уклон!

Не успел!

Когти пропороли плечо, и меня отбросило.

Я прокатился по земле. Едва успел поднять Карму, как тварь прыгнула с новым ударом. Копировал оружие, закрывшись крест-накрест. Стойка!

Химера такого не ожидала. Лапа отскочила от защиты, и тварь врезалась в мечи.

Я отпрыгнул на два шага. Метнул меч. Он вонзился в лапу твари. Монстр вцепился в него зубами, чтобы вырвать, и в этот миг я сделал призыв оружия. Карма дернулась, выбивая зубы и разрезая пасть.

Я призвал артефакт с деревянным лезвием и нанёс косой удар, лишая химеру обоих глаз. Дальше было неинтересно. Прикончил быстро.

Но почему некромант медлит? Почему играется? А, ну да. Ответ уже был в вопросе. Вот в чём дело. Он просто развлекается, или, быть может, обучается. Здесь в джунглях нечасто столкнёшься с людьми. Большинство противников совсем иного склада.

Раскрылась дверь аварийного выхода. Химеры и кадавры выходили, выстроившись в лестницу. Показались одежды некроманта. Почему белые?

Фигура в балахоне с костяным посохом шагнула на спину чудища, они боялись шелохнуться, и она спускалась по ним, неспешно и статно.

Пауки, уже добившие мелких зомби и пеленавшие их в кокон, бросили добычу и припустили прочь, некромант взмахнул рукой, и один из кадавров кинулся за ними, секунды за четыре оборвав тем все лапы и оставив их корчиться в муках.

Капюшон спал. Это оказалась девушка лет двадцати. Серо-синеватая кожа мертвеца. Ярко-красная помада. Большие глаза с длинными накрашенными ресницами. Седые волосы перекрашены в абсолютную белизну.

— Да ну нахер, — тихо прошептал я, шокированный увиденным. Не старик, покрытый струпьями, не худой мужик с изъеденным могильными червями лицом. Девушка. Девушка, которую заботит её внешность. Безумие. Это самое настоящее безумие.

Она что-то произнесла на неизвестном мне языке. А потом в голову вбили картинку, где я встаю на колени, а следом под ультразвук, вызванный ментальным ударом, прилетел ещё один кадр, где я уже с белёсыми глазами мертвеца, но это всё же я, разум мне сохранят, но свободы у меня уже не будет. Я стану свитой некромантки.

Альтернатива была ясна и без новых мыслеобразов. В случае отказа в лучшем случае стану кормом.

Я осторожно кивнул. Сделал шаг вперёд. Второй, третий. Дорогу мне преградили химера и кадавр. Я осторожно взял Карму в две руки и вложил рукоять в зубы химеры.

— Подержи, зубастая.

Некроманта снова что-то произнесла, красноречиво указав на землю.

— Госпожа, лич… личиха, личина, гхм, личинка. Я… э-э-э гхм. В общем.

Кадавр немного отступил. Я посмотрел в глаза некромантки. Никакой пустой злобы. Холодный, глубокий, печальный взгляд мёртвых глаз. Там было много боли.