Книга Бафер с руками из ж… Книга 5, страница 121 – Дмитрий Крам

Мы едва успели поздороваться, как напротив нас шагах в десяти начали появляться всевозможные существа. Один… пять… двенадцать… тридцать шесть. Нельзя было не заметить среди них и шестерку тех, с кем недавно стоял плечом к плечу. Лютаборг помахала железной лапищей.

Мы переглянулись. Накатило нехорошее предчувствие.

— Только одна группа покинет это место, — раздался в стороне мальчишеский голос. Все разом на него обернулись. Босоногий парнишка лет пятнадцати в домотканых штанах и свободной рубахе с копной непокорных волос по простецки улыбнулся.

Я тут же врубил жреческое зрение, и брови подскочили вверх от удивления. За личиной деревенского мальчугана не было одного образа, он постоянно менял состояние, закручивался в спираль, исчезал полностью, появлялся снова. Фигура трепетала, меняя размеры и возраст.

— Ты, нахрен, кто такой, поршень тебе по лбу? — без какого-либо пиетета привычно прямо спросила Люта.

Мальчишка рассмеялся, превращаясь в усатого мужика.

— Я, милочка моя…

— Не обзывайся! — возмутилась Люта, входя в боевой режим, но так и замерла не по своей воле с поднятым кулаком и открытым ртом.

— Да будет тебе известно, моя необразованная подданная, — по старчески заскрипел незнакомец, сгорбливаясь и седея на глазах. — Что я Временор, бастард Хроноса, последний хрономаг этого мира. Папаня после исхода на Аргентум вскоре стал богом, познал все тайны бытия и почил в безвеременье, впав в вечный сон и развоплотившись, вернулся в лоно первовостихий этой виноградинки на грозди миров. Впрочем, не забивайте себе этим голову, — махнул он рукой, оборачиваясь четырехлеткой. — Моя служба здесь подходит к концу, скоро я пойду по следам отца, а может, и нет, еще не решил, какой из миллионов вариантов будущего выбрать, всё-таки поразмышлять была лишь вечность.

Он рассмеялся. А потом взглянул на наши недоумевающие лица и расхохотался еще сильнее. Юмор полубога был специфичным, а потому никто даже не улыбнулся, хотя подобные речи из уст ребенка и звучали комично.

— Не стоит тратить время впустую, — сказал полубог и снова захохотал. — Перейдем к сути. Правила очень просты. Семь вариантов поля битвы, какой вам достанется, решит случай. Семь команд по шесть существ, — тут он обернулся к нам. — Вам придется не выставлять одного из участников. — Каждая команда бьется с каждой. Свободу получают те, кто наберет больше всех балов. Победа — два бала. Проигрыш — ноль. Ничья — один. На каждой карте будет меняться рельеф и тип помощников, но всегда одни и те же условия. Нужно уничтожить форпосты и крепость противника. На одну битву даётся пятнадцать минут. По истечении раунда подводится итог. Удачи! — сказав это, он стал молодеть, уменьшаться, превратившись сначала в младенца, а потом в эмбриона, а затем и вовсе испарился. И только его веселый смех разнесся по полю.

Подло. Как же это подло. Нам придется сражаться с теми, кто еще недавно прикрывал тебе спину. Мы их изучили, но и они нас тоже.

Нас перенесло в место ожидания, в руках оказался пергамент, и на нем загорелся текст дополнительных правил.

Если по итогам всех схваток будут команды с одинаковым количеством баллов, между ними проводится суперигра. Если время раунда закончится, а форпосты не захвачены и крепости не уничтожены, то победа отдается согласно баллам. Уровни у всех будут подогнаны к общему знаменателю. Полный запрет свитков и зелий. У Жоры ограничение на карты — не больше пяти за раунд. И нельзя призвать существо выше собственного уровня.