Книга Вернуть дворянство 2, страница 132 – Дмитрий Крам

— Красиво у вас тут, — сказал я, было интересно, что эта мумия ответит.

— У нас — тут, — глухо отозвался он. — Остальное лишь колебание воздуха.

Я пихнул Джи-А в бок, намекая, чтобы и она чего-нибудь спросила.

Девушка лишь нахмурилась. Помощница серьезно относилась к таким вещам, и мой синдром шила в пятой точке ей не нравился.

Я перевел взгляд на Безымяныша. Он-то меня прекрасно понял, сам был на моём месте недавно. Я просто забивал реальность белым шумом, чтобы не слышать собственных мыслей. Волнительно все же.

— А сколько вам лет? — спросил ученик.

— Цифры, — вздохнул старик. — Мир нельзя уложить в символы. Жизнь и душу не впихнуть в три закорючки. Мне — лет! — постановил он в конце.

И ведь не поспоришь. Но «в три закорючки». Да ему же больше сотни!

Мы вышли, и оказались внутри двора классического храма. Безумной красоты каменный дворец. Ни одной сухой травинки или опавшего листика тут не было. Чистота и порядок. И какая-то особенная тишина. При том что монахи ходили, но даже ветер не издавал звуков, а мантии их беззвучно трепетали под порывами, словно боясь потревожить владельцев.

Мы прошли за помост для статуи. С трудом, но я прочел, что это «Статуя Пустоте» и вместе с тем, это пустующее место для статуи. Старичок приподнял кисть и вместе с этим каменная плита заскрежетала и отодвинулась, обнажая квадратный вход в подземелье. Мы спустились в комнату, обитую ярким бархатным материалом.

— День вам! — поклонился я, юному монаху, на вид ему было что-то около двенадцати.

— Ага, типа, здарова, — бросил он через губу.

Не хватало только, чтобы малец добавил «Ну че каво, епт?». И тогда я бы точно заставил Джи-А влепить ему подзатыльник.

— Не тупи, дядь. Погнали!

Эм…

Он развернулся и повел нас ещё дальше под землю. Мы переглянулись и последовали за юным чтецом. В конце развилки он сдал на руки старушке в багровом ханьфу с золотыми рукавами.

— День вам! — снова поздоровался я.

Старуха ничего не ответила, а когда подняла голову, я увидел, что у нее зашит рот. Жуткая бабка провела нас в еще один коридор, и уже там мы перешли в юрисдикцию лысого монаха в желтых одеяниях.

— День вам! — не сдался я.

— И вам день, — чуть улыбнулся мужчина. — Чем могу помочь?

— Здесь находится ячейка моего рода.

Я напрягся, максимально фокусируясь, чувствуя каждую мышцу, словно приготовился к рывку от которого зависит моя жизнь. Источник внутри зашевелился.

Вот монах еле заметно шевелит ногой, и его рука размазывается в воздухе. В следующий миг из моей ладони в след за ней улетают капли крови как наполненные водой красные шарики. В полете они обращаются в кристаллы. Чтец ловит их и крошит в кулаке. Ноздри его трепещут.

— Сильная кровь, — сказал он. — Пройдемте.

А я вспомнил, что у Безымяныша кровь пробовали, а с моей и по запаху все считывают.

Красная ткань, закрывавшая проход попросту расступилась, когда я шагнул вперед. Я обернулся, Безымяныш помотал головой, мол, не пойду пока. А Джи-А взяла меня за руку, и мы вместе шагнули.

Я вошел в большое квадратное помещение. Слева стояли металлические ящики для документов и стеллажи. В дальнем краю был стол, справа даже койка имелась. Неужели здесь ночевали?

В центре на подставке лежал герб рода. Изображение раскрытой книги. Вот и думай, это та самая священная книга, или вас всех читают как книги, или это всего лишь книга рода, а может все вместе.