Книга Вернуть Дворянство 7, страница 103 – Дмитрий Крам

Миджун начал брыкаться, но Сунбок лишь покачал головой. Его происходящее нисколько не трогало.

Их куда-то повели, а потом они оказались в предбаннике.

— Эм-м-м и как это понимать, — спросил Миджун.

Тут вошло несколько офицеров. В грязной форме. Видно, что только из города, ловили остатки тварей, что не успели запрыгнуть в порталы.

Они начали снимать форму.

— Давай, давай, пацаны, — начал их подгонять старший. — Зря, что ли, натоплено, — сказал и бросил Сунбоку ключ от кандалов. Он снял, и понял, что силы не вернулись. Всё вокруг было одним большим блокиратором Сахарова.

Братья, всё так же недоуменно переглядываясь, зашли в баню. Дышать было тяжело. Воздух обжигал легкие.

— Куда? — возмутился мужик, когда корейцы попробовали сесть на нижнюю лавку. — Сюда, давай, не дети ведь уже, — похлопал он по деревянному полку.

Пот лил градом. Братья общались лишь по средствам обмена взглядами. Начало доходить, что это какая-то странная русская процедура реабилитации, как подобные пытки могут привести человека в норму, пока оставалось загадкой.

А потом дверь открылась, не успел Сунбок порадоваться притоку холодного воздуха, как баня закрылась, а в помещение вошла Она.

— О! Вот и Теть Лера пожаловала, — потёр руки один из мужиков.

Женщина была высокая, статная, крупная, и, судя по всему, одета в одно только полотенце и какую-то странную шерстяную шапку.

— Ей, что холодно? — с ужасом произнёс Сунбок, глядя на Миджуна.

Тот не успел ответить. Тётя Лера стала рулить, раздав такие шапки всем.

— Но мне не холодно, — растерянно промямлил Сунбок по-корейски.

Банная госпожа проигнорировала блеянье, а потом худшие догадки корейца сбылись. Тете Лере было холодно, и она, зачерпнув кипятка, плеснула на камни.

— О-о-о! Хорошо, — с наслаждением протянула она, и замочила в тазике веники.

Братья снова переглянулись. Аромат от вязанок веток шел приятный, только вот как оказалось, это не их истинное предназначение.

— Ну что, кто первый? — хрустнула суставами Тётя Лера.

— Давай я, — вызвался один из мужиков. — Мне через семь часов уже на смену заступать.

А потом началось страшное. Жар от веников еще можно было понять. Эти извращенцы, кажется, получали от подобного удовольствие, а вот потом начались настоящие пытки. Мужчину просто били листовыми розгами.

Когда всё закончилось, он кое-как поднялся и пошатываясь побрёл прочь.

— Мальчишки, давайте вы, — указала на них орудием пыток Тётя Лера и снова замочила веники в кипятке.

Мае опять переглянулись. В глазах Миджуна в первые не было и намёка на «долг старшего», там читалась мольба, просьба о помощи.

— Давай-давай! — сказала женщина. Сунбок понял, отпереться не выйдет.

Рука у Тёти Леры была тяжелая. Удар поставленный. Сунбок закрыл глаза. Ему казалось это стекает не пот, а капли крови, от рассеченной до кости плоти. В голове зашумело. Все лишние мысли банщица из неё выбила.

Миджун с ужасом взирал на то, как брата пытают. А еще почему-то не мог оторвать взгляд от края полотенца, которое было просто заправлено в районе правой груди. Иногда Тётя Лера останавливалась, чтобы снова его подоткнуть.

Сунбок не смог сам покинуть баню, его пошатывало, парня вывели, а потом Тётя Лера окунула его в бассейн с ледяной водой. Жизнь вернулась в корейца. Он выскочил оттуда как током ударенный.