Книга Вмерзшие в S-T-I-K-S, страница 65 – Дмитрий Крам

Мы зашли в узкий проход между двумя домами, заваленный коробками, деревянными ящиками и мусорными пакетами. Попахивало помоями.

— Долго еще? – спросил я. В ночной тиши слышны были какие-то далекие улюлюканья. Где-то из окна играла музыка и хруст моих шагов по снегу. Так, стоп! А почему только моих?

Я развернулся, предчувствуя нехорошее. Йен валялся на асфальте, раскинув руки в стороны, над ним присел одетый во все черное парень, на лице которого была натянута темная лыжная шапочка.

Я развернулся, сделав вид, что убегаю, а сам просто закрыл телом руку, выхватившую «ОСП-30», и тут же развернулся. Нападавший кинулся следом, а потом замер. Ствол нацелился в его сторону, раздался хлопок, отдача ощутимо ударила по запястью, и незнакомец получил в лицо заряд патрона «Волна-Р».

Патрон с резиновой пулей травматического действия. Кузмич говорил, что из него не рекомендуется стрелять ближе сорока метров, из-за угрозы нанесения тяжелых травм способных повлечь летальный исход. А тут едва ли три метра было.

Нападавший запрокинулся назад и с размаху ударился затылком об асфальт. Я развернулся на звук шагов, еще один бандит убегал и, спустя секунду, скрылся во тьме. Я спешно перезарядил ракетницу и вставил туда такой же патрон. Убрал ОСП в карман, а вместо нее достал СПШ, где уже был заряжен охотничий патрон и взвел курок.

Подошел к Йену, проверил пульс. Похоже, просто чем-то по башке огрели. Вон, бровь разбита, и крови из нее натекло немало. Я осмотрел нападавшего. Он оказался мертв. Не удивительно. В лице вмятина, словно туда молотком вдарили.

Обшманал бандита. Документов не было, зато в кошельке у него обнаружилось несколько споранов и мелочь. Сгреб все к себе, ему уже без надобности. Копейка рубль бережет и все такое.

Через ткань нащупал пистолет в кармане. Надел перчатки, достал. Обычный «макаров». Можно было бы себе забрать. Да как-то стремно. Одному Улью известно, сколько на нем всего висит.

Надо бы вызвать кого-нибудь. Да только как это делается, я без понятия. Придется Йена будить. Пусть сам все делает, это все-таки его работа. Я убрал ракетницу за пояс и потряс его за плечи – ноль реакции. Тогда похлопал его по щекам.

Йен застонал и перевернулся на бок, затем встал на колени, я подал ему руку. Он поднялся. Глаза бегают, взгляд сфокусировать не может.

— Земля вызывает базу. Прием. Как слышно меня. – я пощелкал пальцами у него перед лицом, и он наконец посмотрел мне в глаза.

— Что за хрень?

— Не знаю, очередное покушение или просто гоп стоп.

— Ну нахрена ты так все усложняешь? – спросил он меня.

— Что? – не понял я. – Что усложняю?

Рука Йена стремительно метнулась ко мне. В свете звезд я увидел, как что-то блеснуло, а потом бок пронзила острая боль. Я упал на колени, прижимая левую рук, к хлещущей из раны крови.

Йен, нагнулся за «пээмом» бандита. Тогда я второй рукой рванул ракетницу из-за пояса. Он поднял взгляд, и палец утопил спуск. Эхо выстрела отразилось от стен и ударило по ушам. Отдача вырвала оружие из рук. Йен упал и корчился в предсмертных судорогах, разбросав мозги по всей округе.

— Вот дерьмо! И ты, Брут!

А отдача, к слову не маленькая. Кожа между большим и указательным пальцем лопнула. Самая частая травма моего детства у всех деревенских пацанов, когда пересыпаешь спичечных головок в самопал.