Книга Рожденные холодом, страница 26 – Дмитрий Крам

— Что рассказывать? Как я родился и вырос, или как буду ломать тебе лицо, когда выберусь? Вопрос нормально задай, придурок, — сказал я. Мне нужно всего лишь потянуть время. С минуты на минуту прибудут парни и спасут меня. Наверное.

— Рассказывай, где Козёл, — сказал Синт, вставая. — А это тебе за придурка, — и он саданул мне с левой в скулу. Голова дернулась в сторону, внутренняя часть щеки лопнула от столкновения с зубами, и рот наполнился кровью. Я сплюнул смешавшуюся со слюной вязкую субстанцию.

— Ты вот сейчас серьезно? — не поверил я своим ушам. — Я ищу хоть какие-то следы этого урода. Нахожу тебя, а ты меня спрашиваешь, где он, — я снова сплюнул. — Давай так. Ты мне рассказываешь, с какого перепуга решил, что я знаю где Козёл, и нахрена его ищешь, а я не буду сильно тебя бить через пять минут, когда ты мне руки развяжешь и извиняться начнешь.

Я тут же еще раз получил по роже. Удар у Синта слабенький, а еще он смешно по киношному тряс кулаком после каждого выпада. Клоун мля. Только носа красного не хватает. Ну ничего, скоро будет ему красный нос и вообще все лицо красное.

— Ты либо бей нормально, либо сиди на жопе ровно и не позорься, — насмешливо бросил я и снова сплюнул кровью, на этот раз зацепив штанину Синта.

— Ну, сука, — покачал он головой, гневно поджал губы и замахнулся, да так и замер, услышав шум за дверью.

Я засмеялся.

— Можешь начинать меня развязывать. Прямо сейчас.

Синт небрежно влепил пощечину внешней стороной ладони. Шагнул к двери, в этот миг в нее кто-то ударил с такой силой, что парня отбросило в стену. Танк вошел в комнату, чуть отодвинул покосившуюся дверь. Из-за его плеча выглянул Воронцов. Приятель хотел сразу броситься меня развязывать.

— Нет, погоди, — сказал я. — Пусть вон тот сам.

Синт застонал и привстал на локти. Танк схватил его за шиворот как нашкодившего котёнка и встряхнул, поставив на ноги. Синт одним глазом испуганно косился то на кваза, то на меня. До него дошло произнесенное мной несколько минут назад пророчество. Здоровяк ощупал парня и выгреб у него из карманов игральную колоду, горсть мелочи и нож.

Он отпустил Синта, и тот начал развязывать меня, бессвязно лопоча извинения. Я встал, размялся. Мой обидчик сел на стул, виновато опустив голову. В соседней комнате Варик связывал двух подельников.

— Давай вставай, боец, — сказал я Синту. — Тех, кто сдачи не даёт, лупить можешь, проверим, что ты на самом деле умеешь.

Я встал в центре комнаты и зазывно помахал бывшему коллеге по карточной игре. Синт скривился, словно горошина черного перца на зуб попала, но все же поднялся и встал в подобие боксерской стойки.

— Напада… — сказал я.

Договорить еще не успел, а Синт уже выбросил вперед левый джеб, я отшагнул вправо и спокойно пробил из мертвой зоны в многострадальный глаз. Противник упал, схватился за лицо и заорал. Он долго валялся, стонал и приговаривал «Сука, сука, сука».

Когда концерт кончился, я попросил Танка остаться, а остальных выйти из комнаты. Всех троих допросили быстро. Синт оказался тем еще мошенником.

Два дуболома его приятели, и если парень сильно проигрывался, то вешал на победителя метку, они преследовали жертву и отбирали деньги. Действовали хитро, могли напасть через несколько дней или вообще обнести квартиру, пока хозяина нет дома. За счет этого их пока никто не вычислил. Парень почти никогда не играл с одними и теми же людьми.