Книга Рожденные холодом, страница 99 – Дмитрий Крам

Ресторан вопреки ожиданиям не был похож на столовку. Все вполне цивильно, обстановка в стиле киношного ар-деко. Только вместо пиджаков на некоторых кофты и мастерки, хотя немало и денежных мешков в костюмчиках, которых сопровождают дамы в платьях. Причем, эти красотки не из «массажного салона». Нет, это знающие себе цену птички совсем другого полёта.

Караванщики сидели отдельно, одной большой компанией, сдвинув столы. Хотя пришли, явно, не все. Кто-то еще отсыпался, других же унесло на тропку местных приключений. Все ребята бывалые, у многих есть список любимых мест, где надо успеть потратить всю зарплату до того, как караван снова тронется в путь.

Завидев меня, они зашумели. Я со всеми поздоровался. Еще минут пятнадцать компания ждала отстающих, за это время как раз принесли горячее. От вида пюрешки с еще дымящей котлеткой у меня слюнки потекли. Животы заурчали, а мужики нетерпеливо заёрзали. Наконец, Хлыст дал сигнал всем наполнить рюмки.

— Давайте первую за тех, кто не доехал! — объявил он, и все молча опрокинули в себя огненную жидкость. Дружный, слившийся воедино стук рюмок словно дал отмашку, и внутри у всех ослабли еще оставшиеся после рейда зажимы. Психологические оковы окончательно спали, люди вокруг вмиг переменились, казалось, у некоторых даже морщины разгладились.

Начался такой гомон и смех, что поговорить становилось проблемой. Слова перестали нести какое-либо значение, суть ритуала была в самом их произнесении, выливая, исторгая их из себя как воду из брандспойта, люди выплескивали накопившееся напряжение.

Спустя несколько часов изрядно поднабравшиеся бойцы начали разбредаться, кто одиночками, а кто и по компашкам, которые зачастую совпадали с составом машин. Мне, наконец, удалось подсесть к Хлысту, по его выражению лица я понял, он и сам ждал нашего разговора.

— Что там с Искоркой? — начал я с главного. Судьба девчонки меня сильно волновала.

— Хорошо с ней все, — сказал Хлыст. — Пристроили в местный детдом. Находится на самой верхней палубе, подальше от всех. Раньше там были покои капитана и помощников.

— Всё лучшее детям?

— Ага. Местное начальство не без греха, но некоторые их решения мне импонируют.

— Что с ней теперь будет?

— Пару дней подержат там. Она пройдет обследование у знахаря, затем, если потребуется, поработает с психологом. Будет учиться, если захочет, её пристроят в семью, не захочет, останется на попечении детдома до совершеннолетия.

— Хорошо у них тут все обустроено.

— Могут себе позволить, — пожал плечами Хлыст. — Кстати, завтра детишек хотят вывести за территорию на горках покататься. А местная СБ, сам понимаешь, загружена выше крыши. Меня один товарищ попросил выделить народ в сопровождение. Платят нормально.

— Я в деле. Деньги мне сейчас нужны.

Мне еще у местных информацию как-то покупать надо, тут не Цитадель, вывести информатора в заброшку и вдумчиво выбивать её по крупицам не получится.

— Добро. Только не рассчитывай на легкую прогулку. Говорят, Волонтер вернулся.

— Кто?

— Ты что, еще не слышал? Это же вторая главная местная байка сразу после озерного черта.

— Дьявола, — как-то автоматически поправил я.

— Да насрать, — отмахнулся Хлыст. — Волонтер — это матерый жемчужник. Только непростой. Размером он с йети, если не меньше. Нападает редко, но уж если он в атаку пойдет, никто не выживет. На самом деле мутант почти не агрессивен. Занимается, в основном тем, что находит ползунов, всяких раненых зараженных и подкармливает их, пока на ноги не встанут. Кто-то даже считает, что Волонтер и Озерный Дьявол, это один и тот же элитник.