Книга Исчезнувший клан, страница 17 – Дмитрий Крам

— Энт 400 уровень.

Хрена себе подсобный рабочий!

— Прекраснейшая Ауриэль, мне нужен горшок для цветка. — обратился я к эльфе.

— Горшок! — возмутился гном, — На горшок ты в детстве в туалет ходил! Еще друид называется!

— Дорогой, прекрати. — остановила его эльфийка. 'Дорогой'? Они, что пара? Не, я не то, чтобы против смешанных браков, но насколько мне известно, эльфы и гномы те еще расисты. И вряд ли их диаспоры допустили бы подобный союз. И то, что гном сходу определил мой класс, то же наводит на мысли о его хитровыдуманости.

— Прощу прощения за манеры моего супруга, он имел ввиду, что горшок, слишком грубое название для наших изделий, мы позиционируем их как сосуды для душ растений — их дом.

— И вы простите мою некомпетентность в этом вопросе, я совсем недавно здесь и еще не разобрался во всех тонкостях, потому и решил обратиться к вам.

— Это правильный выбор, наша лавка по праву считается лучшей, осмотритесь, выберите то, что вам будет по вкусу.

— И по карману! — добавил гном, чем вызвал укоризненный взгляд супруги.

Мне начинала нравится эта парочка, было в них что–то особенное. Цены на горшки в магазине варьировались от десяти золотых до десятков тысяч. Оказалось, что растениеводство очень даже выгодный в Друмире бизнес. Многие алхимики сами выращивали редкие цветки. А владельцы замков знатно платили за декор.

Я побродил по магазину и понял, что ценовая политика здесь явно не рассчитана на нищих вроде меня. Варин словно прочитал это на моем лице:

— Есть у меня товар для невежд вроде тебя. Он достал из–под прилавка горшок сделанный из старого башмака.

— 19 серебряных. — бросил он.

Распродаться я не успел, поэтому на кармане у меня лежало всего три золотых. Поэтому сначала предложение гнома меня обрадовало, но потом вспомнив строчку из задания гласившую: '… Мандрагоры крайне придирчивы к горшкам…' отказался, остановив свой выбор на цветке в виде хрустальной туфельки, стоимостью за 10 золотых.

— Уважаемый Варин, — обратился я торговцу, — мой цветок крайне придирчив к месту жительства. У меня есть предложение: вы продаете мне этот сосуд за одну золотую, а я взамен показываю вам свою находку. Поскольку у вас я не встретил подобных экземпляров, осмелюсь предположить, что он настолько редкий, что даже вам не удалось его заполучить.

В глазах гнома блеснул алчный огонек, Ауриэль что–то шепнула ему на ушко, подумав с минуту, гном ответил:

— 8 золотых.

— Не поймите меня не правильно, я впечатлен вашими товарами, и даже предположить не мог, что горшок можно превратить в произведение искусства. — заливался я соловьем — 2 золотых!

— 5 золотых! Я годами оттачивал мастерство не для того, чтобы отдавать свои товары за бесценок. — отрезал гном.

— Неужели будь у меня требуемая сумма, я бы не отдал ее не задумываясь. Да многие из этих сосудов я готов воздвигнуть на постамент и любоваться без всяких растений, они сами по себе шедевр заслуживающий внимания! — 3 золотых.

— Хорошо, — сдался гном — показывай, что там у тебя. В этом вся суть гномов. Даю рупь за сто, что он в день больше раз в двести кассу делает, чем с меня поимел, а всё равно бой за каждую монету ведет.

Я достал Мандрагору и продемонстрировал ей горшок. Глаза гнома полезли на лоб, Ауриэль замерла с открытым ртом, и даже энт потянул свою ветку или руку, или что там у него, чтобы дотронуться до цветка, за что и получил здоровенным гномьим кулаком.