Книга Звёздный отряд. Точка входа в аномалию, страница 15 – Саша Прудиус

В голове стоял какой-то информационный гул от увиденного: схемы моего тела, проекция мозга, светящиеся нейроны. Все это было похоже на учебник по анатомии. Вот только как будто его взяли и превратили в какой-то безумный 3D-ролик. Похожая усталость у меня всегда накатывала после посещения картинных галерей. Светка постоянно таскала меня по такого рода мероприятиям. И вот ты ходишь, рассматриваешь детали в череде бесконечных залов, а потом голова воет, гудит и раскалывается…

Вернулась гравитация резко и без предупреждения. Да вы что, убить меня решили раньше времени? А обещали дать силу. Кажется, я красноречиво проорал про себя эти возмущения. Потому что после этого сразу же последовало краткое: "Прости"

"Извинения приняты", — ответил я, потирая ушибленный копчик. Зато голова перестала болеть. Хе-хе.

Отметил про себя, что пол, теперь ощущался не как живой организм, а как холодный, идеально ровный металл.

И тут одна из стен вдруг сделалась прозрачной, — открыла звездное небо. Оно простиралось как на ладони. Вот и свершилось. Я побывал в космосе.

Где-то там далеко осталась моя планета, комната в общежитии на Москворечье, стопка учебников на столе, карта звездного неба над кроватью, Витька с его вечною гитарою "Урал" и Маринка с заразительным смехом и милым рассуждением о картошке на кораблях в космосе… Расскажу ли я им хоть когда-нибудь где был? Свидимся ли еще? И поверят ли?

Хранитель стоял в нескольких шагах от меня. Его золотистые глаза, изучали меня с холодным, научным интересом энтомолога, рассматривающего новый вид какого-то насекомого. А насекомым был я.

— Ты что, копаешься у меня в голове? — спросил я без намека на панику. Там всё равно плакать не о чем. Только о прошлой жизни, которую я сам завалил…

"Не копаюсь. Считываю поверхностный слой образов и лингвистических конструкций. Твой язык примитивен, но логичен, — голос в моей голове был спокоен, как гладь озера в безветренный день. — Для эффективного обучения нам необходимо полное слияние сознаний. Это не больно".

— Слияние сознаний? — я попятился к стене, которая тут же мягко спружинила под моей спиной. — А если откажусь?

В кого я превращусь после этого? Надеюсь, что не в овоща.

Хранитель сделал ко мне шаг. Его движения были какими-то чересчур текучими, нечеловеческими.

"Ты не откажешься. Твой вид обладает любопытством, которое сильнее страха смерти. А ты любопытнее многих".

Он сказал это так просто, будто это и впрямь было в порядке вещей. А если задуматься, то любопытство хорошее качество, но только тогда, когда ты в библиотеке или на лекции. А когда ты на чужом корабле, и тебе только что показали, как умирают планеты, любопытство, похоже, скорее, на сумасшествие..

В прошлой жизни сорок лет на заводе я задавал себе один и тот же вопрос: "А что, если бы рискнул тогда, в семидесятых и поступил в МИФИ?". А теперь я здесь. Рискнул.

Так вот, без любопытства я бы, в конечном итоге, не стал физиком.

Все люди постоянно задают вопросы, даже тогда, когда ответ нас может убить.

— Ладно. Я согласен. Но не потому что вы меня выбрали. А потому что самому интересно, что из этого выйдет.

Хранитель был прав. Во мне действительно бурлил самый что ни на есть научный интерес. Я стою на борту инопланетного корабля и разговариваю с представителем древней расы телепатически. Это было гораздо лучше и уж точно интереснее любого экзамена!