Книга Звёздный отряд. Точка входа в аномалию, страница 80 – Саша Прудиус

Я не был ветераном космоса в прямом смысле. Но сегодня я им стану, в переносном. На мне был мой лучший костюм (тот самый, в котором я ходил на семинар к Громову), галстук (Игорь заставил), а еще я нацепил выражение лица человека, которому через пять минут предстоит совершить самую большую глупость или самый великий подвиг в своей жизни.

Сердце колотилось где-то в горле и эхом его стук отдавался в области висков. Я смотрел на зал из-за кулис. Море лиц, ряды стульев, портреты Ленина и Циолковского над сценой. Всё как обычно, как на любом комсомольском собрании. Сегодня я должен был сказать то, чего от меня никак не ждали, причем, не раскрывая правды, конечно же, но сея зерно, которое чуть позже даст первые всходы. Нужно заставить людей задуматься.

Я перебирал в голове слова для своей речи уже который раз за эти несколько дней подготовки, проговаривая их про себя.

Это слишком пафосно, а это слишком просто, а, может, вообще никто не поймёт, о чём я собираюсь рассказать? Руки дрожали, и я сунул их в карманы брюк, чтобы не выдать волнения. Перед самым выходом, вдруг вспомнились уроки Зорана, как Хранитель говорил: "Контролируй дыхание, не позволяй простому страху, обычному сигналу, управлять тобой".

Я глубоко вздохнул и выдохнул, а потом вышел на свет. Наступила моя очередь по списку.

Ведущий объявил:

— А сейчас перед вами выступит студент четвертого курса Московского инженерно-физического института, комсомолец Алексей Смирнов! Тема его доклада:"Будущее начинается сегодня".

Гул в зале моментально стих. Я вышел на сцену под свет прожекторов, на меня смотрели сотни любопытных, местами скептических и скучающих глаз. Передо мной были не только ветераны, но и обычные студенты, инженеры, ученые, летчики, — будущее нашей страны. Кое-где виднелись и простые рабочие в знакомых синих спецовках. Я подошел к трибуне (на ней стоял графин с водой и одинокий стакан), положил руки на гладкое дерево и глубоко вздохнул.

— Товарищи! — мой голос, усиленный стареньким микрофоном "Октава", разнесся по залу. — Мы все здесь люди будущего, нас учат мыслить масштабно. Нам говорят, что нет ничего невозможного для советского человека.

По залу прошли возгласы одобрения, а я продолжил:

— Мы мечтаем о городах на Марсе, о фотонных двигателях, о мире во всем мире, мы строим коммунизм — наше общество справедливости и разума. Но что, если наша ответственность еще больше? Что, если наша Родина это не просто СССР на политической карте?

В зале стало тихо-тихо.

— Что, если наша Родина — это не только наша великая страна, но и вся наша планета Земля в целом? Голубая точка в бесконечной черноте космоса? И наш основной долг быть готовыми ее защитить? Не только страну защитить от врагов с ядерными ракетами, но и весь мир от непредсказуемой угрозы?

Я стоял на сцене и краем сознания думал о том, что в прошлой жизни не выступал перед людьми.

Боялся сказать что-то не то, что надо мной обязательно посмеются, а теперь видел сотни глаз, и никто ведь из них не смеялся надо мной. Смотрели, внимательно, вопросительно, даже разинув рты. Второй шанс точно меняет человека. Я сделал небольшую паузу, обводя взглядом лица в зале, они слушали, не до конца понимая, к чему клоню, но они внимали каждому моему слову. Я перевел дух, и посмотрел в третий ряд, где сидела делегация из МИФИ. Среди них я заметил знакомые лица — Светку Крылову, еще несколько одногруппников, и даже нашего парторга — дядьку с тяжелым взглядом. А в конце того же ряда, почти у прохода, сидели мои ребята. Игорь, Витька и Марина. Пришли, не усидели в штабе. Витька, как я заметил, пристроил на коленях «Комету», видимо, решил записывать.