Книга Танат 4, страница 75 – Виктор Айрон

— Какие у него слабости? Формовщик что-то сказал об этом?

— Самая известная одна — холод. Если очень холодно, то даже внутри усиленного носителя этой кишке не выжить. Вне тела оно может жить не очень долго. Ты верно сказал, что это паразит. В Танате я такое не встречал.

Сходится. Ещё один кусочек головоломки сложился в пазл. Но это ещё не конец, а только самое начало нити.

Снова смотрю в церебрал. Так, а куда это мы пошли? Тот боковой тоннель не далеко от верхней дверной диафрагмы. Там внутри полости выращено нечто вроде жилого модуля. Но, как я понял, это было подобие дежурного поста.

Внутри нечто напоминающее контрольный вирал. Как кабина управления летающего кильма. Центральный зал, комната управления и нечто вроде жилой комнаты. Судя по размеру, там жил некто очень низкорослый. И если судить по знакомому стилю, то тем обитателем был дрег.

Один из расы чванливых Творцов выполнял роль рядового дежурного? Представитель некой низшей касты? Я теперь уже ни в чем не уверен.

Одно я знаю точно. Перед входом, на стене был ещё различим некий символ, похожий на стилизованную букву «Т». Белая краска за годы потускнела, но отлично различима. Тэй во время полёта рассказала мне об этой личной метке.

Давно пропавший разведчик Искателей, Торв, был здесь. Этот знак он сам выбрал своей меткой. Значит он нашёл выход из холодной зоны. Только он сделал круг, а не ушёл вперёд. И потому он выжил.

Остатки тёплой одежды давно сгнили и валялись у входа в дежурку, как я её назвал. Повсюду крошки от рациона. Не думаю, что педант дрег оставил бы после себя такой бардак. Торв проводил обыск.

Среди находок в спальне было нечто вроде библиотеки. Церебралы валялись кругом, вытащенные из ячейки в стенном шкафу. Благо что им не нужно питание, пока они в спячке.

Их читали, изучали. Часть лежала на столе. Словно их специально отобрали и отложили. Торв не мог их переписать. Записать свой, присоединив его врагу, мог. Но он торопился и потому оставил самую на его взгляд важную находку для последователей.

Конечно, мы их изучили. А потом записали всё самое важное на церебрал. Радует, что у тела вестника мозги круче, чем у других разов. И изучаем церебралы быстро, и пишем много, но не всё.

Летопись дрегов — так жто можно было назвать. Их история через дневники. Даже те частичные записи, что я сохранил, несли немало ценной информации.

— Я скоро вернусь. Гента отведи к остальным. Готовьтесь выходить. У нас мало времени.

— Я с вами, вестник.

Гент попытался встать рядом.

— Нет. Это моё дело и больше ничьё. Проверьте с Ури, чтобы все были готовы к выходу. Мы скоро вернёмся. Нас ждут.

Вот она, истинная цель этого похода. Танат знал, что Торв был здесь. Потому мы и решили, пока нет защиты, стереть мне память. И информацию я записал фрагментами на тот случай, если Дрок не сможет помочь. Чтобы не выдать ничего лишнего.

В любом случае церебралы того дрега, Олсио, я бы перенес в шпиль. Под охрану мутов и Хранителя. Назовём его Ворчун Второй. Потом новая экспедиция бы всё изучила. Но раз в мою голову этим непонятным созданиям теперь не влезть, то не будем терять время.

Стрелок, как я понял, по своим каналам должен послать кое-кому весточку. Приглашение на переговоры. Идея обратиться к тому разу ему не понравилась, но я просто сказал надо.