Книга Танат 1, страница 69 – Виктор Айрон

— Или может зря медики на борту бились, когда вытащили тебя из реанимокапсулы? ‒ продолжал мой лучший друг. Я и не представлял, какие проблемы они все отхватили. Никто не рассказывал мне подробностей. ‒ Шансов считай не было, а тут ты еще проснулся.

— Что? Как это возможно? Я этого не помню.

— Может потому, что рефлексируешь много. Да, когда с тобой стали работать медики, ты в каком-то смысле был в сознании, но орал от боли так, что всем, кто это видел, стало жутко. Мне в том числе, ‒ друг смотрел на меня, но теперь его лицо было печальным. ‒ Я думал, что это агония. Что мы впервые опоздали. Однако медики справились. Ты три месяца был без сознания, пока тебя восстанавливали по частям. И ты… Вот насчет тебя я бы и не подумал, что ты будешь себя жалеть? Ты спас персонал, их семьи, свою команду.

— Я просто не думал, что смогу выжить. Там был только наш поисковик. Никто не думал, что спаскрейсер успеет.

— А мы успели. Казанзаки чуть гиперпривод не спалил, пока гнал к вам.

Наступило неловкое молчание. Ни он, ни я не знали, что тут ещё сказать. Тишину нарушил мой собеседник:

— Кстати, этот ретро бандитский фильм ты специально включил? Как намек, что надо было тебя бросить?

Я посмотрел застывшее изображение. Да, неудачно совпало. В голове досих пор звучит мелодия, исполняемая на скрипке. Ну и времена тогда, двести пятьдесят лет назад были. Главные герои – бандиты, которые пытались спрятаться в глухой провинции. Передвигались они на угнанной черной машине. Как раз на ней, бросив раненных и погибших при ограблении банка друзей и уехал один из героев. И так совпало, что он был тезкой моего друга. Взмах руки, и голопроектор выключается.

— Нет, Димон, это не был упрек, что ты меня не бросил. Просто, когда смотрю эту старинную чернуху, то потом проще на наш мир смотреть. У нас… Да куда светлее у нас. И лучше. Как наши предки такое только пережили.

— Молча, ‒ ответил приятель. ‒ Стиснув зубы, через боль, но двигаясь дальше. Так что кушай хорошо, приятель, набирайся сил, начинай ходить, а потом увидимся в управлении. Бывших рисконавтов не бывает.

— Да, теперь только позиция инструктора или оператор в ситуационном центре. Прощай, полевая работа.

— Чтобы самого уважаемого спасателя, который умеет быстро думать, трезво оценивает ситуацию и готов пожертвовать собой ради других не нашёл работу в поле? Ха, плохо ты о Департаменте думаешь, приятель. Тут я кое с кем говорил, так что скоро жди звонка.

— Ты о чëм это, Димыч? – говорю и чувствую, как в горле всё пересохло. Какая полевая работа после моих травм?

— О том, что есть отдел, который мы с тобой раньше оба считали прибежищем бумажных крыс. Понимаешь, о ком речь?

— Инспекция, – озвучиваю первое, что мне пришло на ум.

— Они самые. Удивлён? – Димон реально смеётся, глядя на выражение моего лица.

Сам я перебираю в голове всё, что об Инспекционном Отделе нашего родимого Департамента Чрезвычайных Ситуаций. На первый взгляд, это сборище бюрократов, которое пачками штампует циркуляры. Но это на первый взгляд.

Выработка предписаний работы земных и космических объектов, одобрение проведения опасных исследований и экспериментов. Да ни одна экспедиция в дальний космос не начнётся без их одобрения. И конечно, если где-то что-то рванёт, то расследование проведут специалисты из ИО. Чтобы впредь такого больше не было. И, пусть уже как бывший спасатель, я этому рад – меньше ребят погибнут из-за глупости в какой-нибудь жопе вселенной.